Благодаря участию фамильяра, ускорявшего моё выздоровление, меня продержали в больнице всего неделю. Врач удивлялся, как мне удалось так быстро восстановиться, но признал, что я здоров, хоть и слаб.

Встречала меня Джоана. Такси доставило нас в агентство, и мы, прежде всего, заказали роскошный обед с бутылкой вина и тёмным пивом. Вино приговорила секретарша.

— Что будешь делать, босс? — спросила она, уставившись на меня слегка осоловевшим от алкоголя взглядом. — Найдёшь ублюдка, который тебя продырявил?

— Постараюсь.

— Уверен, что тебе не потребуется помощь полиции?

— Абсолютно. У меня нет ни малейшего желания втягивать в это Глорию. Мой враг слишком опасен.

Джоана понимающе кивнула, а затем выдала:

— Так и знала, что ты её ещё любишь!

Я замер на пару секунд от неожиданности, а затем отрицательно покачал головой.

— Нет, детка, ты ошибаешься!

— Не отпирайся, Кристофер! Я же вижу!

— Твои пьяные глаза тебя подводят.

— Не знаю, не хочешь ты признаваться в своих чувствах мне или самому себе, но так и есть! Вот увидишь, вы ещё будете вместе! Готова поставить на это.

— Боюсь, не смогу расплатиться, если проиграю. Ты же знаешь, какие у меня скромные доходы.

— Ага! — торжествующе воскликнула Джоана. — Ты уже допускаешь, что можешь продуть! То есть, не уверен, что вы не сойдётесь снова!

— Верь, во что хочешь. Но мне лучше одному. Пока, во всяком случае.

Секретарша подалась вперёд, буквально сверля меня глазами.

— Запомни, Кристофер: никому и никогда не было лучше одному! Но я понимаю, что сейчас ты боишься за Глорию, — добавила она другим тоном. — Это очень… мило. И благородно. Теперь ты нравишься мне ещё больше!

Я хмыкнул.

— Не знал, что вообще тебе нравился!