– По соседству в здании МВД находится Управление ФСБ, – ты заметил, наверное, но, это я так, к слову. Слухи, дошедшие до тебя, думаю, небезосновательны. События, о которых ты только что читал, уверен, связаны с их деятельностью, и нас они касаться не должны.

– Что значит с их деятельностью? – удивился Илья Константинович.

– Не так выразился. Эти происшествия входят в зону их ответственности.

– Почему ты так думаешь?

– Слышал их дыхание каждый раз, когда пытался что-то выяснить в Черкесске. Эти абреки промышляют не только в горах, как ты понимаешь, у них завязки по всей стране. Хоть их основной хлеб это юг. Это дело федералов. Да, я не об этом тебе говорю, это, думаю, итак, ясно. Мы нечаянно вклинились в их вотчину, и кое-что попортили, я думаю.

Кротов напряженно слушал Ивана Владимировича.

– Я отправился в Тюмень по двум причинам: о первой я тебе говорить не стану, слишком фантастическая, да и это излишняя информация, способная тебе лишь навредить, без обид, Константиныч, поверь, так лучше; а вторая, наиболее прозаическая, заключалась в том, что я выяснил, кому интересны наши беглецы, особенно, один из них. Выяснив, кто это, я понял, что в порыве благородной мести, а то и для подачи урока всем остальным, он готов пойти на все, чтобы их найти и расправиться с ними по своему усмотрению. Я вышел на него и проследил за ним до самой Тюмени. Но, что интересно, выходя на него, я уже понял, что шел он в верном направлении, а это значит, что ему были известны наши планируемые шаги, которые он старался, и довольно успешно, обгонять. О чем это говорит?

Шоцкий намеренно смотрел в сторону, чтобы не показывать Кротову своего лица, по которому тот мог догадаться о его подозрениях. Кротов в свою очередь также отвел взгляд, опустил глаза и напряженно ждал продолжения разговора.

– Как думаешь, Илья Константинович? – не унимался Шоцкий.

– Даже не знаю, что сказать. Ты предполагаешь что-то очень неприятное?

– Да уж, – продолжил Иван Владимирович, – думаю, кто-то сливал горцам информацию о наших планах. И мог это быть кто угодно – в селекторах многие принимали участие.

– Но на селекторах ты особенно не распространялся о конкретных шагах, – участливо заметил Кротов.

– Значит, кто-то из наших, или нас могли прослушивать, да все, что угодно.

– Прослушивать? Кто, бандиты? – искренне удивился Илья Константинович.

– Уже не имеет значения, мы не станем проводить внутреннее расследование. Возможно, указание идет немного сбоку и сверху…

– Не понимаю.

– Илья, я могу предположить, что ты даешь нашему с тобой руководству… извини, не сложно догадаться, это отчасти здоровая практика, и никуда от нее не деться. Даешь отчет о наших действиях, в первую очередь, конечно, о моих шагах. – Кротов хотел было вспыхнуть. – Так вот, думаю, тебе стоит фильтровать все, что ты говоришь. А то и без нашей с тобой инициативы могут начать разбираться во всем том, что пока связать между собой они не могут, пока не могут. ФСБ как раз, судя по всему, уже начали связывать. Чем грозит, сам понимаешь. Ты меня понимаешь?