— Зато я вижу.

— Ну конечно. Ты же, считай, соавтор. Большой куш можешь сорвать. В валюте».

Герлах нажал на кнопку «Стоп» и взглянул на Колесникова:

— Что с вами, Георгий Константинович? Выпейте еще. И слушайте дальше.

Раздались тихая музыка и голоса Колесникова и Эллен:

«— Завтра вы уезжаете?

— Да. Пора.

— Жаль. Мне было хорошо с вами. Легко и просто.

— Увидимся в Москве. При подписании контракта.

— Вы уверены, что он будет подписан?

— Я сделаю все от меня зависящее, чтобы это было так.

— Фирма вам будет очень благодарна».

— Впечатляет? — выключил магнитофон Герлах. — Ей было хорошо. А вам?

— Ложь! Между нами ничего не было! — хрипло сказал Колесников и потер ладонью горло, будто его что-то душило.

Герлах молча кинул на стол пачку фотографий:

— Взгляните. Вам это будет интересно.

Колесников, пытаясь унять дрожь в пальцах, перебрал фотографии: он и Эллен за столиком бара, обнимающая его Эллен, поцелуй у машины. Колесников отшвырнул фотографии:

— Гнусность какая!

— Согласен, — кивнул Герлах. — Гнусно совершать служебное преступление из-за случайной интрижки.

— Вам никто не поверит! — потянулся к бутылке Колесников.