Светлый фон
Эльза идет на цыпочках вдоль стены, чтобы не разбудить никого из спящих. Несколько человек ворочаются и вздыхают во сне – но они, наверное, давно привыкли к разным ночным звукам после всех тех ночей, что провели бок о бок с другими, дыша с ними одним воздухом.

Подойдя к двери, Эльза кладет ладонь на ручку. Металл холодит пальцы.

Подойдя к двери, Эльза кладет ладонь на ручку. Металл холодит пальцы.

Дверь беззвучно открывается – и первое, что она видит, это Айна.

Дверь беззвучно открывается – и первое, что она видит, это Айна.

Густые темные волосы вуалью закрывают ее лицо. Она лежит, скрючившись, на полу перед маленьким диваном. Эльза не узнает надетое на ней платье. Белое, напоминающее старинную ночную рубашку, оно не имеет никаких украшений или вышивок и плотно обтягивает ее тело.

Густые темные волосы вуалью закрывают ее лицо. Она лежит, скрючившись, на полу перед маленьким диваном. Эльза не узнает надетое на ней платье. Белое, напоминающее старинную ночную рубашку, оно не имеет никаких украшений или вышивок и плотно обтягивает ее тело.

На диване сидит пастор Матиас.

На диване сидит пастор Матиас.

Его красивые серые глаза смотрят на Эльзу. Он выглядит абсолютно спокойным. Будто давно ждал ее.

Его красивые серые глаза смотрят на Эльзу. Он выглядит абсолютно спокойным. Будто давно ждал ее.

– Доброе утро, – говорит пастор Эльзе.

– Доброе утро, – говорит пастор Эльзе.

Она стоит совершенно неподвижно, не зная, что сказать. Наконец выдавливает из себя:

Она стоит совершенно неподвижно, не зная, что сказать. Наконец выдавливает из себя:

– Доброе утро.

– Доброе утро.

Матиас глядит на ее сумку, потом снова смотрит ей в лицо. Эльза понимает, что лгать нет смысла.

Матиас глядит на ее сумку, потом снова смотрит ей в лицо. Эльза понимает, что лгать нет смысла.

– Вот и пришел этот день, – говорит он спокойно.