— Можете не сомневаться, госпожа, что это убийство будет отомщено. Мне бы не хотелось расстраивать вас еще более, но все же я должен задать вам несколько вопросов. Из записей, которые вы мне передали, следует, что после бегства из горящего дома вы с Лян Кэ-фа укрылись у своего дальнего родственника. Могли бы вы поподробнее рассказать, как вам удалось ускользнуть от нападавших бандитов и как вы добрались до того человека.

Госпожа Лян отсутствующим взглядом посмотрела на судью. Вдруг она начала судорожно всхлипывать.

— Это… это было так страшно! — сквозь слезы произнесла она. — Я не… не хочу вспоминать… я… — Ее голос оборвался.

Судья Ди подал знак советнику. Тот обнял госпожу Лян за плечи и увел ее.

— Бесполезно! — махнул рукой судья.

Дао Гань пощипал волоски на левой щеке и поинтересовался:

— Ваша светлость, к чему вам подробности бегства из подожженного дома?

— Некоторые детали этого дела, — ответил судья Ди, — ставят меня в тупик. Но это мы можем обсудить позже. Сначала давайте посмотрим, какие действия нам следует предпринять против Линь Фаня. Этот негодяй чрезвычайно хитер, надо будет сформулировать обвинения с величайшей осторожностью.

— Мне кажется, Ваша светлость, — сказал советник, — за основу следует взять убийство Лян Кэ-фа. Это самое серьезное обвинение. Если бы нам удалось осудить его за это, можно было бы не возиться с делами о контрабанде и о нападении на нас.

Трое других помощников одобрительно кивнули, но судья никак не отреагировал. Казалось, он напряженно размышляет. Наконец он нарушил молчание:

— У Линь Фаня была масса времени, чтобы замести следы соляной контрабанды. Не думаю, что удастся собрать достаточно улик, чтобы осудить его по этому обвинению. Кроме того, даже если бы я смог заставить его сознаться, он бы ускользнул от нас. Ведь случаи нарушения государственной монополии не входят в мою юрисдикцию, их может рассматривать только провинциальный суд. Но тогда у Линь Фаня появится время и возможность оповестить своих родственников и друзей, которые подкупят всех, кого можно.

Далее, его попытка запереть нас в бронзовом куполе есть не что иное, как покушение на убийство. К тому же речь идет об убийстве слуги Империи! Надо заглянуть в кодекс, если мне не изменяет память, такое покушение расценивается как преступление против государства. Пожалуй, это наш шанс. — Он задумчиво покрутил усы.

— Но разве убийство Лян Кэ-фа недостаточно сильный аргумент? — спросил Дао Гань.

Судья Ди медленно покачал головой.

— Но не с теми же уликами, которые у нас есть! — ответил судья. — Мы не знаем, когда и как было совершено убийство. Согласно записям, Линь Фань прикрыл храм из-за беспутства монахов. Он может преспокойно объяснить убийство, сказав, к примеру, что Лян Кэ-фа, шпионя за ним, завел знакомство с монахами и что, скорее всего, они и убили его после ссоры, вспыхнувшей во время азартной игры, а труп спрятали под колоколом.