ДетективыНад бездной. ФСБ против МИ-6стр 214
Светлый фон
— Несмотря на то, что жизнь здесь имеет свои сложности, я привязан к этой стране и больше нигде не хотел бы жить. Это моя страна, я служил ей более полувека и хочу найти здесь свое последнее пристанище. Я хочу, чтобы мой дух упокоился на этой земле.

Спустя два месяца, 11 мая, он умер от сердечной недостаточности. Пока был жив, делился своим опытом и знаниями с сотрудниками КГБ. С.В. Грачев был лично знаком с ним, часто навещал, многому у него учился и беспримерно уважал.

Спустя два месяца, 11 мая, он умер от сердечной недостаточности. Пока был жив, делился своим опытом и знаниями с сотрудниками КГБ. С.В. Грачев был лично знаком с ним, часто навещал, многому у него учился и беспримерно уважал.

В заключение следует добавить: факты свидетельствуют о том, что советских агентов из Кембриджа и Оксфорда было неизмеримо больше. Даже сами английские контрразведчики из МИ-5 полагают, что их число колебалось от тридцати до ста.

В заключение следует добавить: факты свидетельствуют о том, что советских агентов из Кембриджа и Оксфорда было неизмеримо больше. Даже сами английские контрразведчики из МИ-5 полагают, что их число колебалось от тридцати до ста.

Прошло три года

Прошло три года

В жизни Грачева и Житникова произошли значительные изменения. Анатолий Львович окончательно перебрался к семье в Лондон. Здесь он вскоре, благодаря Лайсэму и Веллингтону, получил английское гражданство. Обзавелся со временем пентхаусом и загородным домом, больше похожим на средневековый замок в готическом стиле. Бизнес его шел в гору. Не забывал он и о своих фирмах в России. Поэтому часто наведывался в Москву. А иногда вместе с семьей отправлялся в приятные путешествия на уютной собственной яхте.

Своих работодателей в МИ-6 Житников аккуратно снабжал аналитическими и техническими сведениями, которые не наносили ущерба России. В ФСБ для него готовили такую дезинформацию, что в МИ-6 она выглядела как настоящая, «новенькой, с иголочки». Да в принципе, почти такой и была, хотя на деле устаревала, едва касалась берегов Туманного Альбиона. Носила она политический, экономический, военно-оборонный характер. Это Лайсэма и Веллингтона интересовало в первую очередь. Они продолжали оставаться его кураторами.

Но еще одним куратором Житникова был лондонский резидент ФСБ на нелегальном положении. Связь с ним осуществлялась по гибкой схеме, в лицо они друг друга не знали. Так он и жил, работая, по сути, на две спецслужбы, российскую и британскую. Без осечек и промахов. Собственных активных разведывательных мероприятий, по настоянию Грачева, не проводил. Вообще вел пока малообщительный образ жизни. Вживался в среду. Главное, развивал свой бизнес. Надо было устояться и терпеливо выжидать. К высшему лондонскому свету подступал осторожно и продуманно.