Эндрю посмотрел на Джейн, прежде чем засунуть руку в карман. Он положил десятицентовик с прочей мелочью на стол и сел.
— Осло закончило.
Они все повернулись к Джейн. Она потянулась в задний карман, но Ник остановил ее.
— Отнеси это наверх, хорошо, дорогая? — Он подал Джейн яблоко, которое почистил Четвертак.
— Я могу, — вызвалась Паула.
— А посидеть тихо можешь? — Ник не сказал ей заткнуться. Он задал ей вопрос.
Паула села.
Джейн взяла яблоко. Оно оставило влажный след на ее кожаной перчатке. Она пошарила по секретной панели в поисках нужной кнопки. Одна из остроумных идей Ника. Они хотели, чтобы найти лестницу было максимально сложно. Джейн подняла панель, а потом с помощью специального крюка плотно закрыла ее за собой.
Механизм вернулся в исходное положение, и Джейн услышала звонкий щелчок.
Она медленно поднималась по лестнице, пытаясь разобрать, о чем они говорят. «Пинк Флойд», орущие из дребезжащих динамиков, делали свое дело. За помпезным инструментальным фрагментом «Комфортабли Намб» можно было расслышать только визгливый голос Паулы.
— Ублюдки, — повторяла она, явно пытаясь впечатлить Ника своим бурным энтузиазмом. — Мы покажем этим тупым ублюдкам.
Джейн почувствовала почти животное возбуждение, поднимающееся с первого этажа, когда наконец поднялась наверх. В запертой комнате горели благовония. Она учуяла запах лаванды. Видимо, Паула купила очередной вуду-талисман, чтобы умилостивить духов.
Лора Жено ставила дома лаванду. Это была одна из множества незначительных деталей, о которых Эндрю сообщал Джейн в своих зашифрованных письмах. Еще, например, Лора, как и Эндрю, неплохо рисовала. И любила керамику. Она как раз вернулась из сада и ползала на коленях в гостиной, ища в шкафу вазу, когда Роберт Жено открыл входную дверь.
Один выстрел в голову пятилетнему мальчику.
Две пули в грудь парня шестнадцати лет.
Еще две пули — в тело четырнадцатилетней девочки.
Одна из этих пуль осталась у Лоры Жено в спине.
Последняя пуля, финальная пуля, вошла в череп Роберта Жено через его подбородок.