— Давайте искать мопедиста, — не выдерживаю я.

— Шестиглазов это сделает гораздо лучше и быстрее нас.

— Если на следующей неделе мы не начнем действовать, я подаю на увольнение и перехожу в уголовный розыск к Шестиглазову, — в сердцах бросаю я шефу. А подошедшему Бондарю докладываю: И Ботва у морковки стала завиваться, кто-то напал на нее. Что станем делать, ядохимикатами польем?

Бондарь предпочитает народные средства:

— Ни в коем случае! Чтобы не пришлось этот яд самим же зимой в супе есть. Возьмем известь, воду, табачную пыль и обсыпем. Всю нечисть как рукой снимет. Есть средство еще надежнее — помочиться в ведро, разбавить десятикратно водой и полить из лейки. Что выберем?

— Капитан! — окликнул нашего хозяина от ворог худенький мужчина в застиранной рубашке.

— Слушаю! — откликнулся Бондарь.

— У вас мопед есть?

— Да, я на нем в магазин иногда езжу.

— Какого цвета?

— Синий.

— Не тот. Мы красный ищем, «Верховину-3», без левой педали, — и мужчина удалился, направился к нашему соседу.

— Кто это? — спросил я у Бондаря.

— Старший по улице. Видно, такую команду ему дали.

— Эгей, сыщики! — окликнули нас от ворот.

Я повернулся и увидел Рахима Маматкулова.

— Иди сюда.

Его круглое лицо покраснело, смущался парень, но голос оставался твердым.

— Я мусульманин, а невеста моя была православная христианка. Оба мы не сильно верующие, но смерть есть смерть. В общем, я привез деньги и хочу справить поминки. И еще — позвать Поповых и Исаевых, собрать родственников всех трех убитых. Теперь мы как родные. Несчастье нас породнило. Все согласились, кроме мамы Гены Исаева. Мария Михайловна лежит, вставать не хочет, ничего не ест. Чай один пьет, думаю — умирать собралась. И вас, Ярослав Грай с Виктором Крыловым, приглашаю. Придете?

— Обязательно придем, — оживился Грай. — Стив организовал добровольную бригаду в помощь милиции, старается изо всех сил, но ничего у него не получается. Это только англичане что-нибудь решат и на самом деле сделают. А мы в России только говорим о деле.