С весьма уверенным видом, хотя никакой уверенности не испытывая, я вошел в мрачное кирпичное здание в викторианском стиле и представился дежурной в регистратуре как Дик Ренден, племянник мисс Клейпул.

К моему удивлению, после нескольких минут телефонных переговоров оказалось, что я могу побыть с ней до десяти минут, но ни в коем случае ее не волновать. Несколько часов назад она пришла в сознание и чувствовала себя лучше.

Элли лежала навзничь, лицо белое, как бумага, но глаза — ясные и живые. Она полностью владела собой и была удивлена при виде меня.

— Я думала, Дик…

Я поспешно перебил ее.

— Он хотел приехать, но послал меня. Не мог бы я поговорить с вами наедине? — Я взглянул на сестру, которая неловко, но решительно возилась с разложенными на подносе инструментами.

— Это противоречит инструкциям доктора. И полиции, — твердо заявила медсестра. — Но вы не беспокойтесь, я подслушивать не буду.

Элли устало улыбнулась.

— Боюсь, нам придется подчиниться. Так почему вы хотели меня видеть, мистер Саржент?

Я сел поближе к ее койке и понизил голос.

— Просто хотел увидеть, как вы себя чувствуете, вот и все.

— Почти нормально. Кажется, стрихнин, вместо того чтобы убить меня, дал необходимую встряску. Мне сказали, что существовала опасность сойти с ума. — Она произнесла все это будничным и деловым тоном, явно полностью владея собой.

— Вы что-нибудь помните?

Она покачала головой.

— До приезда «скорой помощи» я не приходила в себя.

— Вы были с Брекстоном, когда убили вашего брата?

Она кивнула.

— Я уже рассказала полиции сегодня утром, ко мне приходил этот ужасный коротышка.

— И конечно, вам не хотят верить?

— Да, они не верят. Не понимаю почему.