Более того — способность скрывать свою подлость являлась неотъемлемой частью этой самой подлости.

Когда полиция сообщила о том, что за убийство его дочери будет осужден волчара, крот вновь приказал Ласке связаться с комиссаром.

Ласка отчиталась: Пытаюсь дозвониться в третий раз; попадаю на проходную. Говорят, что комиссара нет на месте.

Зорга сразу понял: Лгут.

Это начинало бесить.

Он был счастлив, что хотя бы не видит этого отвратительного города. Но этот запах. Запах пизд*жа и наркоты, которыми провонялся Зверск, уже порядком ему осточертел.

Этому городу нужен был долбаный освежитель воздуха.

Наконец, крот в компании Ласки, ковыляя, опершись о свою покрытую золотом трость, решил наведаться к комиссару лично.

И застал его на проходной.

Тихая раздражённая усмешка вырвалась из пасти крота, когда он учуял запах лося.

Лосев отвлечённо поприветствовал его, расписываясь в неком документе и даже не глядя на него: А, господин Зорга, рад вас видеть.

Зорга: Я тоже, комиссар. Хоть в моём случае будет более уместно сказать — рад вас слышать.