— Ну, разумеется, — кивнул Холмс. — А из доказательств у меня разве что вот это.

Он выудил из кармана маленький сверток. Аккуратно развернул. На фактурной поверхности кружевного обрывка блеснула тонюсенькая золотая змейка — браслет с подвеской в виде половинки круга.

Елена схватилась за запястье.

— Кажется, это ваш?

— Где вы его взяли?

— Нашел рядом с Широковым, точнее… — Договорить Холмсу Елена не дала.

— Все верно, — торопливо перебила она его. — Должно быть, я потеряла браслет в коридоре еще днем, когда провожала Евгения Викторовича до каюты.

— Вы потеряли его в руке у Широкова, именно там я его и нашел. По-видимому, он потерял равновесие, а падая, попытался схватить вас за руку. Вы руку выдернули, браслет порвался и остался у него, как и этот обрывок ткани.

— Подождите, — вступил в разговор Ватсон. — У Широкова ведь случился сердечный приступ.

— Абсолютно верно, — подтвердил Холмс. — Скажите, Ватсон, а вы бы разве не испугались, если бы увидели призрака из прошлого?

Холмс вскочил и стал расхаживать по комнате.

— Елена сколько вам лет?

— Двадцать пять, — процедила девушка.

— Итак, двадцать пять лет назад вы, — Холмс повернулся к Ольге, — молодая, беззаботная наслаждаетесь жизнью на полную катушку. У вас много поклонников. Но серьезных претендента на ваше сердце два. Друг детства Широков и некий Филимонов, подающий надежды художник. Оба делают вам предложение. Вы выбираете Филимонова. Широков сходит с ума от ревности, угрожает. А в день свадьбы по дороге в ЗАГС вы с будущим мужем попадаете в аварию. Филимонов погибает. Осколки лобового стекла уродуют вам лицо…

— Да, это было ужасно, — неожиданно подтвердила Ольга. — Худший день в моей жизни. Я в залитом кровью свадебном платье, словно в банальной мелодраме. За какой-то миг от прежней жизни ничего не осталось. И мне тоже хотелось исчезнуть. Но врач сказал, что я уже не одна. — Женщина перевела взгляд на дочь. — Пришлось жить дальше. Пластика полностью изменила мое лицо. Жаль, память таким операциям не подвергают.

— И тогда вы решили мстить, — подсказал Холмс.

— Нет, тогда я была слишком занята, пыталась склеить свою разбитую судьбу. А потом… Потом просто не смогла отказать дочери.

— То есть месть спустя столько лет была вашей идеей? — обратился Ватсон к Елене.

— Моей! — с вызовом сказала девушка. — Жарко, — пожаловалась она и стащила с головы парик. Водопад медных локонов обрадованно заструился по плечам. — Надоел весь этот цирк, — добавила Елена, избавляясь от уродливых очков.

— Вылитая я в молодости, — вздохнула Ольга.