– Вы уверены?

– Нет, но думаю, что не видел. Иначе бы я его запомнил. С большим шрамом.

Последние слова Ванья предпочла не комментировать. Они получили то, за чем приехали.

Ванья и Билли поблагодарили за помощь и оставили свои телефоны на случай, если Махмуд вспомнит что-нибудь еще. Покинув автобусный парк, они молча направились к машине. Махмуд привел их к селению Брунна. У них есть время и место. Если повезет, новый след там не закончится. Им следовало ехать в Управление и продолжать работу.

Еще одна поездка на машине.

То же неизменное молчание.

* * *

Себастиан никак не мог определить главную составляющую своего состояния: сыт, устал или бессильно раздражен?

После того как Ванья, Билли и Урсула уехали, он почти целый час просто бродил по офису. Выпил слишком много кофе. Пытался собрать энергию, чтобы взяться за то, что пообещал сделать.

За эти разговоры.

Под конец оттягивать уже было нельзя. Он вошел в Комнату. Закрыл дверь. Чтобы ему не мешали. Комнатой пользовалась только команда. Команда, частью которой он по-прежнему являлся. Пора это показать. Сделать что-нибудь. То, что в его силах.

Для начала он сел с бумагой и ручкой и стал копаться в памяти. С чего же начать? Возвращаться на десять, двадцать лет назад бессмысленно. Он их не помнит. Только и всего. Ни их имен, ни внешности, ни где они жили, ни кем они были. То, что убийца взялся за Аннетт Виллэн, не обязательно означает, что он хотел убедиться в том, что Госкомиссия связывает жертв с Себастианом. С таким же успехом может быть, что Хинде, который, по мнению Себастиана, несомненно каким-то образом стоит за всем этим, просто-напросто не нашел больше никого из его прошлого, и ему пришлось взять кого-то из недавнего времени.

Поэтому он сам тоже сконцентрировался на нем.

Довольно много.

Довольно трудно.

Еще через час в его блокноте появилось шесть имен. Шесть женщин, с которыми он проводил время после возвращения из Вестероса в конце апреля. В Стокгольме или, по крайней мере, в окрестностях. Шесть, кого он помнил по именам и фамилиям. Или пять. От шестой у него имелись только имя и смутное представление о районе. От седьмой – только район. С помощью компьютера он раздобыл номера телефонов, о чем никогда не просил при встрече. Если они хотели дать ему номер телефона, он брал, но сразу же выбрасывал листок.

Прежде чем начать звонить, он задумался над тем, не стоит ли ему связаться еще и с двумя женщинами, с которыми он спал во время расследования в Вестеросе. Но не могли же за ним следить уже там и тогда? Он к тому же забыл имя одной из них, но она живет рядом с домом его родителей, так что адрес он знает. Кажется, ее фамилия Лундин? Про вторую он точно помнит, кто это. Беатрис Странд. Но можно ли ей звонить? Надо ли? Она и так сильно пострадала. Ее сын Юхан сидит в исправительном учреждении для малолетних преступников, а муж отбывает двенадцать лет за убийство, поджог с целью убийства и пособничество в убийстве. Ее жизнь разбита вдребезги. Звонок с сообщением, что ее жизни вдобавок грозит опасность из-за супружеской измены с Себастианом, может, скорее, еще больше навредить, чем принести пользу, убеждал он себя.