Фабиан положил перед ними фолиант в толстом кожаном переплете и с плотной пожелтевшей от времени бумагой.

— Раритет, — констатировала Кристина, — судя по тиснению, конец XIX века, обычно такие книги купцы заказывали для парадных библиотек.

— Молодец, — подхватил Штильхарт, похлопав девушку по плечу, — за ответ получаешь 10 балов. Твоя команда выходит вперед. Только хотелось бы знать, что это за раритет, книга дьявола?

— Нет, — сказал Эмболо, — оружейный справочник. Он содержит виды оружия, которые не получили широкого применения.

— Очевидно, что сейчас автор поменял бы свое мнение об этой перчатке, — заметил Штильхарт, — если ты, конечно, её нашел.

— Глупый вопрос, — сказал Фабиан, — если бы я ее не нашел, то меня бы здесь не было.

Эксперт надел перчатки, аккуратно раскрыл книгу, где-то ближе к концу, и ткнул пальцем в страницу, не произнеся ни слова, как будто это было чревато какими-то последствиями. Нагнувшись к столу, Кристина некоторое время придирчиво рассматривала картинку: толстая кожаная перчатка, перетянутая кожаными же веревками, заканчивалась торчащим из неё обоюдоострым лезвием. Рука, облаченная в перчатку, была сжата в кулак. На соседнем рисунке рука была разжата и лезвия видно не было. Под рисунками был помещен текст, начертанный арабскими письменами, который Кристина не могла прочитать.

— А что здесь написано? — спросила она. — Не могу прочитать.

— Мало кто может, — сказал Эмболо, — это староарабский язык. Вам повезло со мной, потому что я нашел специалиста по этому языку, а это было непросто, знаете ли.

— Так ты можешь сказать, что это? — нетерпеливо спросил Штильхарт, указывая на рисунок.

— Это боевая перчатка члена братства Ассасинов, — сообщил Фабиан, — их главное оружие, предназначенное для скрытых убийств.

— Арабская секта XIII века? — недоверчиво спросила Кристина. — Неплохо нас занесло. Но они же все были уничтожены, разве нет?

— Вероятно, у них нашлись последователи, — усмехнулся Штильхарт, — только я все равно не знаю кто это.

Левонова посмотрела на него с притворным ужасом.

— Какой ты темный человек, — сказала она, — твое образование явно оставляет желать лучшего. Ассасинами в древности именовался орден мусульман-низаритов, одно из ответвлений шиизма. Это позже они прославились как убийцы, но в начале своей деятельности они изучали науку, ремесла и расширяли свои границы исключительно дипломатией. Их лидером был Ибн Ас-Саббах, он был что-то вроде исламского Лютера, пропагандировал добродетели и аскетичный образ жизни, запрет роскоши, всеобщее равенство и общинный строй. Ему удалось создать мощное государство, которое соперничало с сельджукским султанатом. Он был умным человеком и понял, что в отсутствие сильной армии безопасность государства можно обеспечить только подрывая государственность соседей. И он создал армию тайных агентов узкого профиля. Их сеть простиралась от Каира до Шираза, от Бухары до Балхи, а в его крепости существовала настоящая академия по подготовке разведчиков и диверсантов-террористов. Там их изматывали ежедневными тренировками и обрабатывали идеологически. Одурманивали опиумным маком, и специально подготовленные девицы изображали из себя райских гурий, увещевая неофитов ордена, что они должны погибнуть в бою с неверными. Когда человек просыпался, то он искренне верил, что побывал в раю, и реальный мир терял для него какую-либо ценность. Все его мечты, надежды, помыслы были подчинены единственному желанию вновь оказаться в «райском саду», среди недоступных сейчас прекрасных дев.