— Но если это такая идеальная копия, — сказал Штильхарт, — тогда куда она делась потом? Ведь если это она совершает убийства сейчас, то…

Кристина бросила на Флориана мрачный взгляд. Она поняла, к чему он клонит. Если они тогда сделали копию из Александры, то и сейчас они могут сделать копию из кого угодно. А значит, под подозрением каждый.

* * *

Анастасия балансировала на грани сознания. Известие о смерти отца она встретила с каким-то маниакальным спокойствием, словно уже ничто, никакая трагедия не могла её задеть. Она находилась как будто под действием сильного наркотика, который полностью подавил её личность и всякое сопротивление обстоятельствам. Наверное, именно так сходят с ума, — подумала девушка.

Открыв глаза, Анастасия обнаружила себя лежащей на собственной кровати. Она была полностью одета и даже в обуви. Вероятно, когда она пришла сюда, то сразу грохнулась на кровать и уснула. Когда это «когда» именно было, она точно сказать не могла. Равно не могла она определить, и какой сейчас день, час или даже время года.

Снизу, вероятно из кухни, доносился звук шипящего масла. Звук этот сначала изрядно напугал девушку и лишь потом она вспомнила, что в доме не одна.

Кое-как приведя себя в порядок, насколько это позволяло её душевное состояние, она спустилась вниз. На кухне возле плиты стояла Светлана и жарила яичницу. Присутствие подруги сразу потянуло мысли о Шурочке, о том, что она ещё несколько дней назад так же стояла у плиты, только там, в Кранцберге. А теперь её нет, и не будет больше никогда. Тогда им казалось, что это всё так, пройдет. Да, есть какая-то мифическая угроза, но она где-то далеко…

Не прошло. Анастасия сначала похоронила подругу, а теперь должна хоронить отца. Кто следующий? И какой будет её смерть?

Шурочку они взорвали, отца зарезали. Как её убьют? Может, это и есть её судьба? Может быть, ей не противиться? Может, она этим спасет остальных?

— Эй, — Света щелкнула перед ней пальцами, — ты где? Вечно жизнерадостный голос Русаковой заставил отступить оцепенение, на время.

— Прости, — сказала Анастасия, — задумалась. Ты знаешь, — она обвела ладонью кухню, — а вот мы с Шурочкой тоже у меня на кухне разговаривали, строили планы, гипотезы. А потом…

Света нахмурилась.

— Стоп, — сказала она, — прекрати себя изводить! Так и до психушки дойти недолго.

Анастасия кисло усмехнулась.

— Прекрасный совет от юриста, — заметила девушка, — если ты мне ещё покажешь, как перестать изводиться, то мне совсем станет хорошо.

Светлана естественным движением переложила яичницу со сковородки на тарелку.