Его собеседник вновь усмехнулся.

— Мы проверим эту информацию, — сказал он, — а пока мы обсудим план наших действий вдвоем. Арсенюк будет в него посвящен, когда вернется.

Адашев отвлеченно слушал, как его собеседник излагает план. Привести девочек на телевидение, запустить клич в социальных сетях. Сосредоточиваться на плане не хотелось. Адашеву не нравилось отсутствие Арсенюка. Он знал о слабостях Председателя антикоррупционного комитета и был встревожен тем, что Арсенюк мог сболтнуть что-то лишнее.

— Сейчас в наших руках, — говорил неизвестный собеседник, — мы держим силу, равной которой в Понти́и сейчас нет.

Адашев закрепил на лице вежливую улыбку.

— И что это за сила, Координатор? — отвлеченно поинтересовался он.

— Националисты, — сказал собеседник, — я бы их назвал движением патриотической молодежи.

Адашев снисходительно улыбнулся.

— А вы точно знаете, что они наши? — с нескрываемой иронией спросил он. — Насколько мне известно, подобные движения не терпят чьего-либо руководства и плохо подчиняются приказам. По мне это просто новая поросль неофашистов.

— Вы скоры на ярлыки, — заметил неизвестный, — они яростны, идейны и преданы. Это они думают, что они сами по себе, а на самом деле это я даю им команды. Важно, чтобы твоя идея упала на заранее подготовленную почву. Представляете, что будет, если их корректировать в нужном нам направлении?

Адашев потушил в пепельнице окурок.

— Они разнесут всё вокруг, — сказал он.

Координатор плотоядно улыбнулся, откидываясь на спинку кресла.

— Согласен, — кивнул он, — но чтобы прийти к власти, нам уже недостаточно лозунгов. Они, конечно, тоже важны, безусловно, но нужна и сила, которая может подхватить эти лозунги. А наши националисты просто идеально вписываются в эту задачу.

Адашев пожал плечами.

— Возможно, вы правы, — хмыкнул он, — однако где вы найдете столько молодых парней, готовых жертвовать собой ради общей идеи?

— Они найдутся, второй, — ответил генерал, — главное — обеспечить идеологическую базу протеста и жесткую психологическую обработку. Пропаганда плюс препарат, и мы получим идеального солдата революции.

Адашев наморщил лоб и его слегка передернуло. Он по жизни терпеть не мог разные зонды, шприцы и таблетки.

— Но из кого? — спросил он. — Неужели из любого идиота?

— В этом и суть, генерал, — улыбнулся неизвестный, — важно только дать этому идиоту правильный пропагандистский посыл, такой посыл, который поддержало бы общество. Нам остался один лишь шаг.