— А не попадался ли вам в последнее время кто–ни–будь из них, прогуливающийся вокруг виллы и как бы разглядывающий ее?

— Вы хотите сказать, зевак?

— Да, пожалуй.

— В них недостатка нет. Это самый красивый дом на побережье.

Мне предстояло немало хлопот. Я напрямик спросил ее о Кристиане Урмоне. Многих ли людей он посещал в Локиреке? Случалось ли ему выходить из дому одному? А поздно возвращаться? Была ли у него какая–нибудь подружка?

— Только не у него!

Ответ буквально вырвался у нее. Я сразу же начал напирать.

— В полиции нам все известно… Все эти вопросы, чтобы быть уверенным, что вы говорите правду… Послушайте, как ее зовут?

— Это мадам Депар.

— Правильно, — авторитетно заверил я.

— Он виделся с ней каждое утро… Говорил, что ходит купаться, но…

— И давно это началось?

— С прошлого года.

— Мадам Урмон была в курсе?

— О нет! Несчастная женщина! Она бы умерла, узнай она правду!

Я отправил ее и вновь принялся за Роже. Поначалу он хотел все отрицать, затем пригрозил выгнать старую служанку. Наконец он сдался. Да, его брату свойственна одна слабость.

— Господин инспектор, надо же его понять… Сандрина так и осталась маленькой девочкой. Мы ее очень любим. Я так пошел бы за ней в огонь! Когда для меня настали трудные времена — вы, конечно, уже наслышаны, — так это она помогла мне. Брата моего пришлось бы упрашивать, а она тут же выдала необходимую мне сумму… Это чудесный друг.

— Но, возможно, не совсем еще женщина?

— Все женщины становятся в один прекрасный день настоящими, если от них этого ждут! Но Кристиан всегда торопился, внимания никакого не проявлял…

— А ваша невестка ничего не подозревала?