А потом, неделю спустя, она получила письмо от Лили. Блер не могла позвонить отцу и потребовать от него ответа – почему он ни слова не говорил ей об этом? Ей в голову не приходило, что она – приемная дочь. Но теперь отца уже не было в живых, а Энид она такой радости не доставит, ни за что не спросит ее ни о чем.

Блер вспомнила, как виделась с ними в последний раз. В предпоследний раз она вернулась в Нью-Гемпшир после того, как Кейт выгнала ее в день своей свадьбы. Той ночью Блер ворочалась с боку на бок на неудобной кушетке, которую родители переставили в ее старую комнату, где теперь стало еще больше «произведений искусства» Энид. Блер представляла себе Селби рядом с Кейт на церемонии венчания – как та поправляет шлейф свадебного платья Кейт, держит букет и произносит речь в ресторане. Все они веселились там, праздновали свадьбу, а о Блер все забыли, будто ее и не было никогда.

В те выходные ее отец был нервным и нетерпеливым, и Блер догадалась, что он не желает ее видеть. Ни он, ни Энид не сказали ей правду. И она решила уехать на следующее утро. Она попросила отца одолжить ей денег, чтобы вернуться в Нью-Йорк и найти там работу. Отец выписал ей щедрый чек, и она уехала. Шесть месяцев спустя ей позвонила Энид:

– Блер, ты можешь приехать домой? Твоему отцу плохо.

– Что значит «плохо»?

Послышался долгий вздох.

– Он заставил меня дать слово, что я не скажу тебе. Он давно болен. У него застойная сердечная недостаточность. Уже два года. Лекарства уже не помогают. Думаю, он недолго протянет.

Почему же Энид скрывала это от нее? Если бы она знала, что поведение отца объясняется его болезнью, она бы ни за что не уехала. Она бы позаботилась о нем, хотя и злилась до сих пор на Энид за вторжение в их жизнь.

Блер поспешила в Нью-Гемпшир. Отец в это время находился в больнице и был подключен к разным аппаратам. Через десять дней его не стало. Энид повезло. Она унаследовала дилерские контракты мужа и миллионы. А Блер достались жалкие сто тысяч долларов.

Когда Кейт позвонила ей и сообщила о смерти Лили, Блер не могла в это поверить. Какую жестокую шутку с ней сыграла судьба. В тот самый момент, когда она снова обрела Лили, она потеряла ее навсегда. Теперь ей не суждено познать материнской любви. Ни за что не наверстать упущенные годы. Ей хотелось закричать на Кейт, сказать ей, что это она во всем виновата, что это она в ответе за то, что разлучила ее с Лили. Блер была так поглощена ненавистью и злобой, что даже не знала, сумеет ли скрыть от Кейт истинные чувства. Но она должна была заставить ее заплатить за все. Кто-то должен был заставить Кейт за все заплатить. И все оказалось куда проще и легче, чем предполагала Блер, потому что Кейт не заметила ее боли, ее страданий. И уж конечно, она твердо решила не уезжать из Балтимора до тех пор, пока не найдет того человека, который отнял у нее Лили. Она заставит убийцу ответить за это.