XII ТЕРМЫ ЮЛИАНА

XII

ТЕРМЫ ЮЛИАНА

В природе каждое явление — запутанный клубок…

Нет ничего беспримесного, ничего обособленного.

Воскресенье, 15 мая 1774 года

Ночной сон без сновидений восстановил силы Николя и вернул ему ясность разума. Вместе с Марион и Пуатвеном он отправился к мессе в церковь Сент-Эсташ и с удовольствием вслушивался в умиротворяющие слова молитв и песнопений. Вокруг струился аромат благовоний, воскуряемых, дабы почтить Господа, а также чтобы в наступивший период майских гроз рассеять ядовитые испарения, проистекавшие из часовни, где продолжали хоронить жителей прихода. В этой часовне несколько лет назад он присутствовал на похоронах композитора Рамо; он думал, что там же похоронят и маркизу де Помпадур, которую крестили в этой церкви. Сообразив, что мысли его унеслись слишком далеко, он, по привычке, укоренившейся еще с коллежа, укорил себя за рассеянность и принялся читать молитву, а потом попросил Небо помочь ему добиться правосудия. С кафедры зачитали пастырское послание архиепископа Парижского о смерти короля, завершившееся красочным слащавым рассказом о благородном поступке дофина, приказавшего раздать милостыню бедным, дабы они помолились Господу за продление дней его деда. По толпе прихожан пробежал ревностный шепот.

Вернувшись на улицу Монмартр и почувствовав запах горячего хлеба, исходящий из булочной, он понял, что ужасно голоден, и вспомнил, что вчера не ужинал. Вольнодумица Катрина всегда скептически относилась к мессам и прочим церковным обрядам; вот и сейчас она встречала их в дверях, уперев руки в бока и насмешливо улыбаясь. Ее небрежение религиозными обязанностями приводило в отчаяние старую Марион, безуспешно пытавшуюся вернуть бывшую маркитантку в лоно Церкви, что, впрочем, не мешало ей любить Катрину как дочь, посланную ей Господом на старости лет. Николя устроился за столом перед большой плошкой дымящегося шоколада и целой горой бриошей.

Несмотря на священный характер воскресного дня, он решил отправиться в Шатле и изучить полицейские записи, сравнить их со своими заметками из черной записной книжечки и попытаться отыскать незримую нить, соединявшую между собой разрозненные на первый взгляд события. Хотя воздух вновь стал наливаться влагой, он пошел пешком, по дороге поздравив себя с тем, что надел светлый фрак из легкой бумазеи и теперь не будет ходить весь день мокрый от пота; когда на улице становилось тепло, он старался одеваться как можно легче. Папаша Мари встретил его без всякого удивления: он давно привык к неожиданным появлениям своих начальников. В дежурной части Николя с радостью обнаружил Бурдо, корпевшего над отчетом.