И в следующую секунду в голову Карпова пришла внезапная мысль, от которой у него потемнело в глазах. Он бросился к стулу, где лежала оставленная им куртка. В её кармане он нашёл айфон и, войдя в «контакты» нашёл имя своего сына. На другом конце провода долго не отвечали. Но затем абонент всё-таки вышел на связь и Карпов-старший услышал в трубке голос сына:
— Привет, отец, в чем дело?
— Ты сейчас где? — стараясь, чтобы его голос звучал, как можно более спокойно, спросил родитель.
— В офисе — дел по горло с этой эпидемией.
— Нам надо срочно встретиться.
— По поводу чего?
— Чтобы обсудить одно очень важное дело, о котором я не могу разговаривать по телефону.
— Хорошо, давай завтра с утра, часов в 9 я к тебе подъеду.
— Ты меня плохо слышишь, Макс — я же сказал, что дело срочное, — с трудом сдерживая себя, произнёс отец. — Нам надо встретиться немедленно — прямо сейчас!
— Да что там у тебя стряслось, в конце концов?
— Не у меня, а у тебя.
— У меня всё нормально — я работаю, как проклятый!
— А как дела у твоей подруги?
— Какой ещё подруги?
— А ты сам не догадываешься — с Проспекта Мира?
На другом конце провода повисла пауза, после чего отец вновь услышал голос сына, который он поначалу не узнал — таким испуганным он был:
— Откуда ты знаешь?
— Ты забыл, чем я всю жизнь занимался? Поэтому бросай все свои дела и немедленно приезжай ко мне. Всё!
Карпов первым завершил разговор и со злости бросил айфон на диван. Догадка оказалась верной — его сын был причастен к убийству сутенёрши. Обмануть матёрого чекиста было не так просто, тем более, что он знал своего сына, как облупленного. Схватившись за голову, Карпов-старший стал вышагивать по кабинету, пытаясь собраться с мыслями. В какой-то момент он остановился у стены, на которой были развешаны их семейные фотографии. С одной из них на него суровым взглядом смотрел его отец — чекист Мирон Авдеевич Карпов. И в этом отцовском взгляде сын впервые увидел такое, чего он раньше никогда не замечал или просто не обращал внимания.