– Как ты поступила? – спросил Мейсон. – Я имею в виду, как ты звонила мне?

– Секунд тридцать никто не отвечал на коммутаторе отеля, потом телефонист снял трубку, и я попросила его, говоря как можно тише, дать выход в город. Портье меня предупреждал, что все звонки проходят через коммутатор отеля. Только собравшись звонить тебе, я заметила, что на аппарате в номере нет диска. Я была настолько потрясена находкой в сумочке Салли, что не заметила этого прежде. Поэтому я была вынуждена назвать телефонисту твой незарегистрированный номер. В сложившихся обстоятельствах ничего другого я придумать не могла.

Мейсон сдержанно кивнул.

– Мне показалось, что прошла целая вечность, прежде чем ты снял трубку, – продолжала Делла. – Я начала говорить, постоянно наблюдая за Салли, чтобы сразу же повесить трубку, если она начнет просыпаться.

– Поэтому ты повесила трубку, не договорив?

– Да. Я заметила, как она зашевелилась, как задрожали ее веки. Продолжать разговор я не рискнула, поэтому быстро положила трубку и легла, чтобы притвориться спящей, если она откроет глаза. Хотя сумочка на полу и включенная лампа выдали бы меня. Если бы она проснулась, я заставила бы ее раскрыть все карты, но мне показалось, что лучше дождаться твоего приезда. Салли немного помотала головой, что-то сказала неразборчиво, как и все люди во сне, глубоко вздохнула и успокоилась.

Мейсон поднялся с края ванны и сунул руки в карманы пальто.

– Все очень скверно, Делла, – сказал он.

Делла Стрит кивнула.

– У нее не было денег, а такую сумму она могла получить только от миссис Фолкнер, – продолжил Мейсон. – Я сам сыграл ей на руку. Мне захотелось остаться одному в ванной комнате Фолкнера и внимательно все изучить. Я не хотел, чтобы она наблюдала за мной, поэтому попросил отвести миссис Фолкнер в гостиную и попытаться успокоить ее. Полагаю, именно там она и вынудила миссис Фолкнер заплатить ей. Значит, она обнаружила какие-то незамеченные мной улики. Или же миссис Фолкнер попросила ее выбросить револьвер, и эта вымогательница, верная своим принципам, потребовала за услуги кругленькую сумму. В любом случае нас ждут неприятности. Сама можешь догадаться, как будут развиваться события. Я полагал, что мы должны спрятать ее от репортеров, чтобы у нас была возможность предъявить иск, потребовав выплатить определенную сумму из наследства Фолкнера, до того как ей развяжут язык. Да и нам нужно узнать все обстоятельства дела. Вот что бывает, когда из самых благородных побуждений пытаешься помочь больному туберкулезом, подружка которого склонна к вымогательству. Вы зарегистрировались здесь под собственными фамилиями. Если этот револьвер окажется орудием убийства, представляешь, в каком положении мы окажемся? Оба. Что она сказала тебе, когда позвонила в первый раз?