Иногда нужно спасать семью вопреки этой же семье.
Надо будет этот мой файл закодировать.
Звоню Кубе и говорю, что сегодня не приду в "Фернандо", даже шучу, что прошлой ночью наделал мяса про запас, Куба реагирует, словно бы ожидал: и этого сообщения, и этой шутки.
Клара отвечает немедленно. Я соглашаюсь на ее условия, прошу, чтобы она записала меня к врачу, пусть выбирает такого, которому доверяет. Впрочем, я согласен на все. За компьютером ночь уже не проведу. Писать не буду. Люблю Тебя. Ее голос звучит так, слово бы она дышит с трудом.
Зато мама воспрянула духом, и можно подумать, будто готовится на каток. Она надела новую пижаму, коротко обрезала ногти, блестят вымытые волосы. Через минуту ей побреют голову.
Она сидит на краю кровати, выпрямившись, от нее пахнет мускусом и сигаретами. Говорит, что нужно передать мне парочку мелочей.
Для начала я получаю очередной конверт, один из тех толстых и желтых, которые я принес из виллы. Вскоре я их открою, сейчас еще нельзя, мать подгоняет меня.
Мы выходим из палаты, чтобы нас не слышала лежащая там же женщина. Мама шествует, окутанная халатом; падает холодный дождь.
Я получаю доверенности к ее счетам в нашем банке, в злотых и в валюте; слушаю длинный монолог о тайниках. Двери в спальню в вилле рассверлены. Сниму заглушки и найду баксы в длинной трубке. В ящичке за плиткой в ванной прячутся золото и драгоценные камни. В шкафу имеется ниша, где может укрыться взрослый человек. Если что, я могу там спрятаться.
Да что, собственно, может случиться?
Говорю маме, что эта информация мне не нужна, что сама операция – штука простая, очень скоро она вернется домой, к своим свернутым баксам и бижутерии над унитазом…
В ответ она посылает мне взгляд, который мне очень хорошо известен по давним годам – так глядят на ребенка, который говорит полнейшую чушь.
Она извлекает из себя ценную мысль, что сама она врач, так что чувствует себя в праве и проклинает всех коновалов. По ее мнению, все они дураки или неумехи, чаще всего, и то, и другое, во всяком случае – нихрена не знают. Если врач знает, что не знает, то это о нем хорошо свидетельствует, прибавляет мама. Просит, что бы я повторил все, что она сообщила о тайниках, после чего идет на последнюю консультацию перед операцией.
Из-за отсутствия лучшей идеи, сажусь в "Инмедио", заказываю четыре экспрессо и вливаю их в один стаканчик.
Ноутбук со мной, я же не дурак.
В "Фернандо" у меня выходной.
Так что у меня целый день, чтобы писать.