– Всем своим трюкам Шивон научилась у Джона Ребуса, но ей до него еще далеко. Поверите – во времена Ребуса в допросных ужас что творилось, кровь приходилось отмывать от пола и стен. Подозреваемые выходили вроде как на своих ногах, а потом вдруг спотыкались на лестнице. Теперь-то вы все боитесь попасть в чей-нибудь рапорт. – Он снова уставился на Кларк: – Или что АКО расследование затеет.
– Расследование ничего не обнаружило, – сочла необходимым напомнить Шивон.
– Ничего, что можно было бы доказать, – согласился Кафферти. – Совсем как в вашей истории с Ларри Хьюстоном. Она вас никуда не приведет. Вы что, собираетесь обвинить меня в соучастии в преступлении, которого не было? О нем в полицию сообщали? Брэнд хоть страховку затребовал?
– Что само по себе интересно, вам так не кажется? Может, он боялся, что Мэлони прознает про кражу. А вот
– Зачем мне это делать?
– Чтобы оказать дружескую услугу какому-то полезному, по вашей мысли, человеку.
Кафферти покачал головой:
– Ну что же, Шивон, вы честно пытались, я на вас не в претензии. Но мой допрос вам ничего не даст. Более того – мне кажется, вы это понимаете. Тогда
– А может, вам? По-моему, вы знали, что мы захотим с вами поговорить, и понимали почему.
– Шивон, я знаю этого человека дольше, чем вы. И нам обоим известно, как ему нравится сталкивать людей лбами. И тогда нравилось, и сейчас нравится.
– Что вы хотите сказать?
Кафферти встал и начал застегивать пиджак.
– Мы закончили? Я потерял здесь достаточно времени, чтобы меня это разозлило. Можете доложить Ребусу, что хоть тут он своего добился.
– Как вы думаете, Конор Мэлони имеет какое-то отношение к смерти Стюарта Блума? – Кларк тоже поднялась и теперь в упор смотрела на Кафферти.
– Когда-то, может, и думал, – признал Кафферти после недолгого молчания.
– А сейчас?
– Мэлони работал бы на публику, постарался бы донести послание до каждого. Что-нибудь вроде бомбы под машиной. Мэлони уж точно не из тихонь.
– Тогда кто? Несс?