– Кроме, как вы говорите, этих фантазий, – процедила Крылова, – у нас есть несколько тел, на их фотографии я уже вам дала возможность взглянуть, если хотите, могу предоставить возможность познакомиться с оригиналами.

– В этом точно нет никакой необходимости.

– Кроме того, – продолжила Вика, я предоставлю вам возможность ознакомиться с заключением экспертизы, из которого следует, что все эти люди были убиты одним и тем же способом. Вернее, часть ранений была получена ими от разных нападавших, но вот последний удар, который и стал для всех них смертельным, был нанесен одной и той же рукой. И я уверена, что рука это ваша. И можете не сомневаться, мне удастся поделиться этой уверенностью с судом. А в этих обстоятельствах, и, думаю, вы сами это прекрасно понимаете, вариант приговора может быть только один – максимально возможный срок наказания. Так что, может быть, про тридцать я зря сказала, тридцать пять – будет ближе к истине.

– Тридцать пять – тягуче, почти распевно произнесла Маркова, – это очень долго. Я бы даже сказала, что слишком.

– Вы думаете? – Вика постаралась изобразить удивление. – В таком случае, возможно, вас заинтересует другой вариант развития событий. Вы называете всех известных вам участников вашего сообщества, а самое главное, всех его организаторов. Если предоставленная вами информация обретет фактическое подтверждение, в таком случае вам будет гарантировано пятнадцатилетнее заключение с правом условно-досрочного освобождения на общих основаниях. А это еще минус три-четыре года, естественно, при условии, что вы это освобождение заслужите.

Наташа застыла, уставившись прямо перед собой. Вика буквально физически ощущала, как взгляд Марковой, не задерживаясь, проникает сквозь нее и движется куда-то дальше, за пределы кабинета, за пределы здания следственного комитета, куда-то туда, где находится кто-то или что-то, способное дать если не точный совет, то хотя бы какой-то знак, способный подсказать, как найти выход из сложившейся фактически безвыходной ситуации.

– Вы можете это мне гарантировать? – наконец произнесла Маркова.

Вика отрицательно покачала головой.

– Нет. Даже генерал Карнаухов и тот не может, но те люди, чьи подписи стоят на досудебном соглашении, они могут, – обогнув стол, Вика подошла к Марковой и протянула ей документ. – Если честно, я впервые вижу, чтобы подобное соглашение подписывали председатель следственного комитета и генеральный прокурор.

– Я так понимаю, мне сейчас полагается плакать от радости?