Два дня назад Сэнди вернулся домой поздно. Он много пил, но никогда не бывал пьяным, замечательно умел контролировать себя, однако в тот вечер, войдя в гостиную, слегка пошатывался и оглядывал комнату мутным взглядом, будто видел ее впервые.

— На что уставилась? — грубо спросил он Барбару.

Сердце у нее застучало.

— Ни на что, дорогой. С тобой все в порядке?

Она по-прежнему играла роль миротворицы, как обычно, проявляла уступчивость. Барбара отложила вязание — в последнее время почти все вечера она проводила со спицами в руках, монотонные движения успокаивали ее.

— Ты как старуха — все время с этим чертовым вязанием, — пробурчал Сэнди. — Где Пилар?

— У нее сегодня свободный вечер, ты забыл?

Вероятно, он хотел пойти к ней; вот повезло бы Пилар, пьяный хозяин облапал бы ее.

— О да, точно.

Он похотливо улыбнулся, подошел к шкафчику с напитками и налил себе виски. Потом сел напротив Барбары и сделал большой глоток.

— Опять этот чертов холод, — заметил Сэнди.

— Морозом побило много растений в саду.

— Растений! — передразнил он. — Растений! У меня был ужаснейший из дней. Я ждал больших свершений, а все вылетело в трубу. Конец. — Сэнди взглянул на Барбару и улыбнулся своей прежней широкой улыбкой. — Мечтаешь быть бедной, Барбара?

— Все ведь не так плохо?

— Не так плохо? Бедняжка Барбара. — Он засмеялся. — Бедняжка Барбара — вот как я думал о тебе, когда мы познакомились.

Улыбка задрожала на ее губах. Если бы только он заснул. Пусть бы упал в огонь.

Сэнди снова посмотрел на нее, на этот раз лицо его было серьезным.

— Мы не будем бедны, — сказал он. — Я не допущу этого. Понимаешь?

— Хорошо, Сэнди.

— Я выправлюсь, как всегда. Мы останемся в этом доме. Ты, я и Пилар. — В глазах его блеснул огонек. — Пойдем в постель. Пойдем. Я покажу тебе, из чего я сделан.