– Ох не начинай, дорогая – сказал Флориан – ночка выдалась тяжёлой. Кто-то явно невзлюбил нашу беглянку.

– Судя по всему ты прав – кивнула девица – за нами шесть гиперзвуковых дронов. Кого ты на сей раз притащил с собой? Жену Усамы бен Ладена?

– Алин, меньше болтай, быстрее летай! – воскликнул Флориан, плюхаясь в кресло по соседству.

Пилот резко потянула штурвал на себя и конвертоплан вновь изменил геометрию полета с горизонтальной на строго вертикальную. Наташа искреннее порадовалась, что она пристегнута. Дроны Ю 71 – последняя разработка ВПК Великоруссии, стайкой пролетели мимо, но моментально перегруппировались и понеслись следом.

– А они ничего – воскликнула Алин – ну что, мальчики полетаем?

– У них автономные модули – заметил Флориан – с ними бесполезно разговаривать.

Пилот криво усмехнулась.

– Ну так даже лучше – сказала она – у меня не будет к ним никакой жалости.

Машину ощутимо тряхнуло.

– Послушай, ас, а тебя не собьют? – поинтересовался Штильхарт, опасливо водя взглядом по фонарю кабины.

Этот вопрос был очевидно воспринят, как крайне тяжёлое оскорбление. Девушка-пилот резко повернула голову, отрываясь от созерцания небесного пространства и вонзила в молодого человека гневный взгляд, граничащий с убийством особой жестокости.

– Ты чего сказал? – взвилась Алин – меня собьют!? Меня!? Меня собьют!?

Штильхарт умиротворяюще вскинул руки.

– Я пошутил – сказал он.

– Ты чего себе думаешь – бушевала пилот, выделывая в воздухе петли – по-твоему я глупее этих железяк, с проводами вместо мозгов?

– Шутка – быстро добавил Флориан.

Алин сначала сверкнула взглядом в сторону молодого человека, потом перевела взгляд на Наташу.

– Убери отсюда своего бойфренда, пока я не выкинула его за борт! – гневно воскликнула пилот.

– Он мне вовсе не… – начала протестовать Наташа. Она хотела сказать, что Штильхарт не её бойфренд, но конвертоплан очередной раз тряхнуло и слова застряли в горле. К её нелюбви путешествовать на самолетах, добавилась то обстоятельство, что она взорвется вместе с нелюбимым видом транспорта. Одна радость перед смертью есть кому покаяться в грехах.

– Ну тогда просто пристигни ремни, Элли – криво усмехнулась Алин. – И скажи своему Канзасу прости и прощай.