И почему парни могут быть такими едкими, подумала пилот. Это им не к лицу.

– Я говорила про беспилотники – нашлась пилот – хотя ты с вероятностью 1 к 5 назовешь мой ответ не убедительным.

– Просто приятно осознавать, что лучший пилот мира не Бог – сказал Штильхарт.

– Провалилась на экзаменах по божественности – сообщила Алин, делая бочку – мы потеряли основной двигатель. Приготовьтесь к большому бум.

Авонамйелус убрала со лба волосы и вжала руки в штурвал. Основная проблема была не в посадке, а в том, что F-18 постоянно висел сзади, ожидая удобного случая, чтобы добить всё ещё верткую цель. Ничего, прежде чем мы сгорим заживо, я добавлю ещё один пункт в список моих зверских преступлений. Алин щелкнула тумблером и крыльевые пулеметы развернулись назад. Для пилота F-18 это стало большой неожиданностью, он был слишком близко от противника, чтобы иметь возможность уйти. Пулеметы изрешетили истребитель, и он с ревом рухнул вниз.

Алин с удовольствием понаблюдала бы за падением, но конвертоплан трясло в предсмертной агонии, и скалы Ньюфаундленда неслись им навстречу с бешеной скоростью. Управление почти полностью отказало. Алин ещё меньше была рада встрече с местами детства, чем предполагала. Теперь она понимала выражение слезы от встречи с родиной в полной мере.

Минуту спустя конвертоплан приземлился на зеленой равнине с мелкими скалами, в тучах дыма, огня, кусках дерна и пожарной пены, оставив длинную борозду.

– Мягкая посадочка – прокомментировал Флориан, отряхиваясь – в твоем стиле.

Алин только театрально взмахнула руками.

Интересно, какая тогда жесткая посадка, задалась вопросом Наташа. Впрочем высказываться вслух она не стала. Её костям даже думать об этом было страшно.

Приводной механизм двери по счастью работал. Авонамйелус первой выбралась из подбитой машины и огляделась. Вокруг ни души. Наверное, в их случае это было хорошо, хотя Алин бы не отказалась бы наткнуться на одинокого ковбоя, у которого можно было бы одолжить внедорожник, на этом зелёном клочке суши, они были как на ладони. Оставалось надеется, что их временно признают погибшими.

– Холодновато – поежилась Наташа – нам далеко идти?

Алин пожала плечами.

– Несколько часов – сказала она, натягивая бомбер – отойдем от воды станет теплее. Возьмите с собой термосы с горячим чаем. Он согреет по дороге.

Они уже приготовились идти, но монах не двинулся с места. Он стоял с закрытыми глазами и теребил четки. Господи, нашел время молится, подумала Авонамйелус.

– К нам гости – сообщил старец.

Алин ошарашено посмотрела на монаха и развернула голову. Точно. Военный «Гелендваген». Кажется их не захотели временно признавать погибшими.