Авонамйелус щелкнула тумблером переключая крыльевые пулеметы и гадая можно ли избежать неизбежного. Ах дом, милый дом! Интересно кто её больше ненавидит. Сородичи или сослуживцы?
Раздался рев сирены. Приехали.
– На радаре две цели – сообщил Флориан – идут на перехват. Может скажешь им, кто ты.
– Попробую – сказала Алин.
Девушка утопила кнопку связи. Раздался скрип и треск.
– Неизвестный транспорт вы незаконно пересекли границу Канады, немедленно назовите себя или будете уничтожены.
Алин повторно утопила кнопку.
– Код 3934 – четко сказала девушка – говорит капитан Алин Авонамйелус. Прошу разрешение на посадку.
Ответом был разрыв снаряда возле правого крыла.
– О кажется тебе тут рады! – воскликнул Флориан.
– Я говорила, что меня просто жаждут тут видеть – сообщила Авонамйелус.
Наташа с глупым видом посмотрела на девушку-пилота.
– Разве вы не представились? – ошалело спросила она.
– Наверное именно поэтому нас и хотят уничтожить – с сухой улыбкой констатировала Алин – держитесь, придется чуть покружиться.
Алин развернула конвертоплан. Дела были хуже, чем предполагалось. Их преследовала пара F-18. Что ж оставалось только стрелять, потому устроить догонялки, как над Кроншлотом не получится, даже если сбросить всё оборудование и пассажиров. К тому же топлива мало. Истребители разлетелись веером уходя в мертвую зону. Пошлый маневр, усмехнулась Алин, щелкнув тумблером. Одна из ракет воздух-воздух вылетела из-под крыла конвертоплана и с белым шлейфом превратила какой-то из истребителей в огненный шар.
– С первого выстрела! – восхитилась Покровская – вот это да!
Их избранное высочество, кажется, начинает оттаивать. Может у Штильхарта не такой плохой вкус? Вот только узнать это можно будет в райских садах за стаканчиком нектара. Два раза ей так не повезет. Так просто не бывает! Второй F-18 куда-то отвалил, но вряд ли далеко. Скорее всего сейчас подобьет нас сзади.
Оглушительный толчок сказал, что она оказалась права.
Штильхарт подарил ей сногсшибательную улыбку. Да, да радуйся.
– Что ты там говорила, про сбивания? – поинтересовался он.