Светлый фон
И она полетела.

За птицей бежало почти все племя, и стар и млад, и женщины, и мужчины. В стойбище остались только самые немощные.

За птицей бежало почти все племя, и стар и млад, и женщины, и мужчины. В стойбище остались только самые немощные.

Люди карабкались по скалам, одолевали болота и реки, продирались сквозь лесную чащу.

Люди карабкались по скалам, одолевали болота и реки, продирались сквозь лесную чащу.

Некоторым такое испытание показалось чрезмерным.

Некоторым такое испытание показалось чрезмерным.

– Зачем нам огонь? – говорили одни. – Обойдемся без него, и так хорошо жили! И поворачивали назад.

– Зачем нам огонь? – говорили одни. – Обойдемся без него, и так хорошо жили! И поворачивали назад.

– Никакой огонь не стоит таких усилий, – говорили другие и тоже останавливались.

– Никакой огонь не стоит таких усилий, – говорили другие и тоже останавливались.

– Слишком многого требует эта маленькая Горихвостка, – говорили третьи. – Не отставать. Быть выносливым, да еще и быть добрым!

– Слишком многого требует эта маленькая Горихвостка, – говорили третьи. – Не отставать. Быть выносливым, да еще и быть добрым!

И тоже возвращались в стойбище.

И тоже возвращались в стойбище.

В конце концов вровень с Горихвосткой продолжал бежать только один.

В конце концов вровень с Горихвосткой продолжал бежать только один.

– Это хорошо, что все повернули, – думал он. – Я единственный в стойбище буду хозяином огня.

– Это хорошо, что все повернули, – думал он. – Я единственный в стойбище буду хозяином огня.

Последний его соплеменник не выдержал.