– Вот именно – упорствовал Флориан – все как-то слишком прямолинейно. У нас просто другого выбора нет, кроме как тащить её с собой.

– Странный вы человек – посетовал Артамонов – знаете, что, бдительность – это вещь хорошая, но иногда она превращается в паникерство. Поверьте, я умею обращаться даже с самыми опасными преступниками.

Флориан покачал головой.

– Тут что-то не то – сказал он – что-то странное есть и в её сдаче, и в том, как она себя ведет.

– Вот и прекрасно – заключил Артамонов – чем быстрее мы отправимся в путь, тем лучше.

Через два часа всё было готово к отлету. Местные жители под завязку заправили топливом винтокрылые машины. Проводить гостей вышли многие из поселка. Очевидно, так и провожали капитана Долматова и его экипаж, подумалось Наташе.

– Пообещай, что вернешься – напутствовала дочь Кими Авонамйелус – ты доказала, что обладаешь мужеством для трудных решений и многое узнала. Я надеюсь, что однажды ты примешь то, что тебе уготовано по рождению.

– Я вернусь – кивнула Алин – не знаю готова ли я к тому, на что ты меня толкаешь, но сейчас мне надо завершить ту миссию, которую мне доверил отец. Возможно, это поможет мне ещё лучше понять себя новую.

Мать и дочь обнялись крепко на прощание, впервые с того момента как встретились. Что-то новое возникло в их отношениях, поняла Наташа, что-то, что не было раньше. Дочь – это та, с кем ты смеешься, мечтаешь и любишь всем сердцем. Никто не заменит дочь в сердце матери. Никто не заменит мать в сердце дочери.

Трое ССОшников провели мимо Покровской закованную в наручники охотницу. Нет, теперь это была вновь Анастасия Урусова. Без этого страшного костюма она вновь была похожа на обычную девушку. Костюм же запечатали в чемодан и запрятали в специальный несгораемый ящик. Охотница только улыбалась, бесстрастно наблюдая за всеми манипуляциями, которые с ней проводят. Она вела себя спокойно и даже не помышляла о побеге или нападении на кого-то ни было.

Флориан последним поднялся по небольшой алюминиевой лестнице в кабину и пристегнулся ремнями. лестницу убрали, дверь закрыли и заперли. Местные помощники, оставшиеся на земле, подняли вверх большие пальцы, и пилот склонился к рычагам управления. Он нажал на стартер, и после первого нерешительного покашливания двигатель заработал, лопасти начали вращаться. Пилот оглянулся на вращающийся хвостовой винт. Он подождал, пока стрелка индикатора скорости винта достигла отметки 200, затем снял шасси с тормозов и медленно потянул на себя рычаг. Конвертоплан задрожал, как бы не желая отрываться от земли, затем слегка дернулся, и они, поднявшись над деревьями, стали быстро набирать высоту. Пилот убрал шасси, развернул машину над поднявшимися снежными смерчами, переключил скорость, и они тронулись в путь. Им вслед стартовали «Аллигаторы».