Набила кивнула.

– Последние – довольно давно. Сто футов.

– Там есть еще, – сказала Харпер.

– Невозможно. Эти катакомбы – одно из самых изученных мест в городе. Их исследовали дюжины археологов.

– Им следует копать дальше.

И Хоук вдруг обнаружил, что полностью с ней согласен.

* * *

Харпер, казалось, совсем пришла в себя к тому моменту, когда они подъехали к выстроенному в западном стиле семиэтажному зданию, где жила Стефани. Оно резко контрастировало со своими соседями просто потому, что было совершенно новым – безупречно чистый камень цвета меда, а в современном вестибюле сидел консьерж. Хоук обратил внимание на то, что люди, проходившие в дверь, все до одного европейцы. В общем, дом для иностранных специалистов.

И, возможно, правительственных служащих.

– Полагаю, квартиры здесь очень дорогие, – сказал он Набиле.

Та кивнула.

– Под и за домом имеется парковка с круглосуточной вооруженной охраной. Мы стараемся сделать все, что в наших силах, чтобы иностранцы чувствовали себя у нас в безопасности, вне зависимости от того, египтяне они по рождению или приехали из других стран.

Инспектор произнесла все это с каменным лицом, и Хоук мог только гадать, что она чувствует. Но тут же подумал, что, учитывая разницу в материальном положении между средним египтянином и студентами, которые могут себе позволить учиться за границей, возможно, решение приставить вооруженную охрану к их машинам вполне разумно.

Набила быстро о чем-то переговорила со швейцаром, тот куда-то позвонил, а потом кивнул.

– Соседки Стефани дома и сказали, что мы можем к ним подняться, – сказала Набила.

– Я не думаю, что мне стоит туда идти. – Харпер, худая и напряженная, прижималась к брату. – Они там все живые.

Хоук хмыкнул.

– Думаю, вам нужно пойти с нами, потому что вы ровесница Стефани. Возможно, вам будет проще разговаривать с ее соседками, чем мне.

Харпер прищурилась – видимо, решила, что ее пытаются заманить в ловушку.

– Ладно, – наконец неохотно проворчала она, и все вошли в лифт.