Думает про Гриффина, лежащего в квартире. Она даже не может себе представить, на что это похоже — так вот мучиться, и впервые ее собственное отклонение кажется ей благословением, а не проклятием. Гриффин всегда представлялся ей таким несокрушимым, что его нынешний беспомощный и пришибленный вид вызывает оторопь.

То, что она сидит в этом старом «Лендровере», тоже напоминает ей о нем. Салон пропах куревом, в нем натуральный свинарник. Впервые она пытается вообразить себе, какой была жена Гриффина — женщина, которая когда-то носила этот джемпер. И что он представлял собой в роли мужа.

День клонится к закату, в домах на улице начинает зажигаться свет. Мимо проезжает несколько автомобилей, но ни один из них не останавливается.

А потом Джесс наконец видит мамин «Ниссан Ноут», свернувший на подъездную дорожку. Наблюдает, как автомобиль останавливается и гаснут фары. Ее мать выбирается из машины и открывает заднюю дверцу. И тут — вот она. Элис весело выпрыгивает из машины — ее распущенные волосы спадают на лицо.

Напряжение сразу ослабевает. Ее дочь здесь, она жива и здорова! Джесс берется за ручку, чтобы открыть дверцу, но тут что-то заставляет ее замереть. Уголком глаза она видит белый хетчбэк, медленно катящий по дороге. Он останавливается в нескольких машинах от Джесс, гаснут фары, но никто не выходит. Ей видна женщина, сидящая на переднем сиденье.

Каждый мускул в теле Джесс понукает ее выпрыгнуть из машины. Она жаждет поскорей оказаться рядом с дочерью, подхватить ее на руки, но инстинктивно чувствует, что эта машина — полицейская. Понимает, что нельзя двигаться.

Наконец с навернувшимися на глаза слезами Джесс поворачивает ключ зажигания «Лендровера». Бросает последний взгляд на дочь. Входная дверь дома родителей уже открыта, и ее мать проводит Элис внутрь. Дочь в безопасности. Ничто ее не тревожит. Она здорова. А это главное, говорит себе Джесс, отъезжая от тротуара.

Дом родителей остается позади, и она бросает взгляд в зеркало заднего вида. Белый хетчбэк ее не преследует. Она совсем одна на дороге.

Джесс хочет поскорей вернуться к Гриффину. То, что дочери по-прежнему нет рядом, давит тяжким грузом, но с каким-то странным толчком она вдруг сознает, насколько ей нужно вновь оказаться с ним. Что когда он будет рядом, это немного облегчит печаль, и Джесс быстро мчится по темным улицам.

Наконец она видит впереди угловатое здание автосервиса и ставит «Лендровер» на обычное место, выходит из машины. Двери боксов уже закрыты, свет в конторе выключен; Джесс смотрит на одно из окон полуподвала. Странно, но там тоже темно. Интересно, заезжал ли Нав, думает она. А может, Гриффин уже заснул, убаюканный наконец полученным лекарством?