По результатам судебных заседаний, обвинение выглядело плачевно. Все

доказательства были косвенными. Кроме показаний потерпевших, у них не было никаких

доказательств и свидетелей. Всё говорило в нашу пользу. Самое главное, сейчас, была

презумпция невиновности. Это меня обнадёживало.

По судебному процессу, возникало много вопросов, на которые почему-то ни кто из

участников не хотел отвечать. Понимая односторонность работы адвокатов, хотелось иногда

самому выступить, высказать, своё недовольство. Первый вопрос: «Почему на суде не было

тех, которые находились на вытрезвлении вместе с потерпевшими? Что сторона обвинения,

что сторона защиты, ни кто не вызвал в качестве свидетеля тех, которые находились в эту

ночь, кроме этой компании? Почему не показали видеозаписи, и постарались их исключить

из доказательств? Почему судмедэкспертизу провели только с Соломиным и Догадиным,

если по их утверждениям, мы избивали всех, кроме Чибисова? Почему мы не прослушали

аудиозапись нашей встречи с Соломиным около ДК Солдатова? Я пытался много раз

поговорить с адвокатами, но каждый раз они меня успокаивали и говорили: «Довертесь

профессионалам!.. Все под контролем!..»

После опроса Чибисова, нас отпустили по домам, предварительно назначив

заключительное судебное заседание. Каждый раз, начальник УВД Свердловского района

интересовался состоянием дел. В очередной раз я его успокоил, обрисовав картину

происходящего на суде и ссылаясь на презумпцию невиновности. Единственно, жена

беспокоилась и отпросившись с работы, на последнее заседание поехала со мной. Заранее