этими словами, выхожу от него, не дожидаясь ответа. По коридору, захожу к Максу:

– Привет Макс! У меня к тебе есть разговор!

– Говори, что хотел! – недовольно изрекает бригадир. Зная про мою ситуацию. Он

боится за себя. Я ему неприятен.

– Мне нужно, чтоб Москаленко в нашей бригаде не было!

– Слышь, ты! Не обарзел слегка? Кто ты такой чтоб мне указывать? Знаешь, что ты ни

кто и зовут тебя никак!.. – при этом широко раскрывая рот, качает головой, с вызывающим

видом.

– Значится ни кто и никак? Хорошо Макс! Ты, видать, забыл, что мне задолжал и

очень сильно! Благодаря мне, ты ещё в отряде и на должности бригадира и все тебя уважают,

так как состоишь в семейке завхоза! И ни кто не знает, кто ты на самом деле, кроме меня!

– Не понял! С чего это я тебе задолжал? – недоумённо смотрит на меня.

– Помнишь, у Яна конфеты пропали?

– Пропали и пропали, тебе то что? Ты чего свой нос точишь не в совё дело? Знаешь,

что за это можно не хило попасть?

– Знаю! Знаю! Но я знаю ещё кое-что! А то, что это я, по просьбе Кости, убедил своего

семейник Яна, чтоб он не объявлял на весь отряд! И мы прекрасно знаем с тобой, кто тогда

взял конфеты вместе с жёлтым пакетом, на котором написано: «Челябинская область г.

Копейск!

– Ладно! Иди! Я разберусь, а сейчас не мешай мне! – недовольно, зыркнув на меня,