На следующий день селяне закончили дневные труды пораньше, ибо перспектива оказаться на холме ведьмы после наступления ночи парламентариев Эрла не особенно радовала, да и в сумерках, строго говоря, задерживаться там не стоило. Одиннадцать парламентариев сошлись у дверей кузницы Нарла вскоре после полудня и вызвали Нарла. Все они принарядились ради такого случая так, как одевались обычно, отправляясь вместе с односельчанами к священной обители фриара, хотя не было на свете такой души, хотя бы раз фриаром проклятой, что не пришлась бы ведьме по сердцу. И вот побрели селяне, опираясь на старые добрые посохи, вверх по склону холма.

И поднялись они к дому ведьмы – сколь возможно быстро. На холме обнаружили они хозяйку: устроившись на свежем воздухе, Зирундерель всматривалась в даль, за долину; ведьма не казалась ни моложе, ни старше, словно годы никоим образом не имели над нею власти.

– Мы – Парламент Эрла, – сообщили селяне, представ перед хозяйкой хижины в своих респектабельных одеждах.

– Ага, – ответствовала ведьма. – Вы возжелали магии. Получили вы то, о чем просили?

– Воистину, – признали они, – и с избытком.

– Еще не то будет, – заверила Зирундерель.

– Матушка ведьма, – молвил Нарл, – мы собрались здесь, дабы умолять тебя: не дашь ли ты нам какой-нибудь хороший амулет, способный охранить нас от магии так, чтобы не осталось в долине ничего подобного, ибо явилось ее предостаточно?

– Предостаточно? – переспросила ведьма. – Предостаточно магии! Разве магия – не соль и не суть жизни, не гордость и не украшение ее? Клянусь метлою, – негодующе объявила она, – никакого амулета против магии я вам не дам.

И представили себе селяне блуждающие огни, и едва различимых глазом говорливых тварей – словом, все странное и жуткое, что явилось в долину Эрл, и снова принялись упрашивать Зирундерель как можно любезнее.

– О матушка ведьма, – молвил Гухик, – воистину от магии проходу не стало, и существа, коим надлежит пребывать в Эльфландии, ныне рыщут за ее пределами.

– Вот-вот, – поддержал Нарл. – Граница нарушена, и конца тому не предвидится. Блуждающим огням подобает жить среди трясин, а троллям и гоблинам – в Эльфландии, а нам, людям, следует держаться нашего брата. Вот как мы все себе мыслим. Ибо магия – дело явно не людское, даже если мы вроде как и просили о ней много лет назад, когда были молоды.

Ведьма созерцала парламентариев, не говоря ни слова; в глазах ее все ярче разгорался огонь, совсем как у кошки. Но поскольку Зирундерель не ответила и не двинулась с места, Нарл взмолился снова.