— О боже великий! Это...

Я был бессилен, и это меня бесило.

— Из всех проклятых идиотских вещей, какие можно себе представить, это самая большая нелепость! Это же полнейшее безумие! Это...

— Несомненно, — сказал он, внимательно глядя на меня. — Но таковы соображения полиции.

— У вас есть сигарета?

Она у него нашлась, он дал мне сигарету и даже зажег маленькую квадратную зажигалку. Я сказал:

— Вы говорите, что можете кое-что для меня сделать. Что именно?

— Я не знаю, что из этого выйдет. Не ожидайте слишком многого. Но я просил, чтобы сделали вскрытие.

— Вскрытие?! Но разве обычно не делают его?

Он снова улыбнулся.

— Это вам не Париж, мистер Сандин. Это очень маленький городок. Кроме того, полицейский врач занят частной практикой, а причина смерти казалась слишком очевидной.

— А на что вы рассчитываете?

— Я не рассчитываю на что-либо определенное. Но вопрос о шестой пуле достаточно серьезен. Почему ее не использовали против вас? Не была ли она выпущена ранее?

— Вы хотите сказать... вы думаете, что этот парень был застрелен, а не убит кинжалом?

— Возможно.

— Но это совершенно исключается, Лорн! Врач и полиция сразу бы это заметили. Это невозможно скрыть!

— Да, — согласился он, — вы правы. Однако не следует пренебрегать даже малейшей возможностью.

— Но здесь нет и малейшей возможности.

— Кроме одной. Я видел кинжал: едва ли можно серьезно рассматривать его как оружие. Но сделать рану, которая могла скрыть...

— Дыру, проделанную пулей?!