— Отлично. Но вы намекаете не только на возможную бесчестность Френсиса Телли. Полагаю, вы вообще не уверены, что он — Френсис Телли.

Ответа не последовало. Он повернул голову, и лицо его оказалось в тени.

— Поторопитесь. Отвечайте, наконец, кто этот человек — Френсис Телли или нет?

Снова последовала пауза. Наконец, Лорн сказал:

— Я не знаю.

Ответ был неожиданным, он совершенно ошеломил меня. И как всегда, спокойствие Лорна, его нежелание реагировать на мой гнев и нетерпение заставили меня почувствовать себя пристыженным. Я тихо произнес:

— Что вы хотите этим сказать? Он же ваш клиент.

— Я знаю. И могу признаться вам, что его приезд встревожил меня.

Его голос стал еще тише и даже для меня был трудно различим, так что никто не смог бы его подслушать.

— Видите ли, все дело в сходстве. Такие вещи в жизни не часто случаются. Но дело в том, что, хотя я разговаривал с Френсисом Телли, фактически я не видел его.

— Не могу вас понять... Но продолжайте!

— Не прерывайте меня, пожалуйста, — устало сказал Лорн. — Перед тем, как он пришел посоветоваться со мной, с ним произошел на улице несчастный случай, при котором он поранил себе лицо. Он сказал мне, что не произошло ничего серьезного, но лицо его было забинтовано. В то время я не придал этому факту ни малейшего значения. В своей профессии мне часто приходилось сталкиваться с подобного рода маскировками. Это было полгода назад, и я больше его не видел.

— Где происходила ваша встреча?

— В Нью-Йорке.

— По фигуре он был такой же, как этот человек?

— Конечно. Можете не сомневаться, я использовал все средства проверки. Френсис Телли был блондином, высокого роста. Я не мог разглядеть форму его губ, и повязки несколько искажали его голос. Он был в перчатках и, возможно, нарочно замаскировался, чтобы остаться неузнанным. Но какова бы ни была его цель, я не могу теперь сказать, кто этот человек.

— Но за всем этим, очевидно, крылась определенная цель.

— Возможно. Он очень подозрителен и хитер, об этом вы могли судить по его письму.

В его голосе чувствовалась насмешка, хотя лицо все еще оставалось в тени. Он продолжал:

— Разве вам не приходила в голову возможность связи Ловсхаймов с этим человеком? Они, возможно, информировали его обо всем, что им удавалось узнать. Конечно, в том случае, если он — самозванец.