Это была тетрадь формата А5 в кожаном переплете, на обложке золотыми буквами было выдавлено «
– Где вы его нашли?
– Когда я ушла из дома в 1978 году, я ничего с собой не взяла, у нас почти ничего не было. Забрала одежду и решила прихватить что-нибудь из ее вещей, просто чтобы позлить старую корову. Подумала, что это принадлежит ей, – Карен кивнула на дневник в его руке. – Только когда я взглянула на него несколько месяцев спустя, поняла, что это не так.
– Но вы все равно оставили его?
– Лишь потому, что он лежал в коробке с моими пожитками, – ответила Карен, закуривая еще одну сигарету при помощи зажигалки-пуделя. – Он переезжал со мной чаще, чем я выходила замуж, а это о чем-то да говорит.
Кирби даже не замечал едкий сигаретный дым, листая дневник, который держал в руках.
– Можно я заберу его?
– Конечно. Хотите еще пива? Могу включить музыку, немного Рода…
– Нет, спасибо, – ответил Кирби, быстро вставая. – Мне пора.
Карен проводила его до выхода и облокотилась о дверную раму, глядя, как детектив направляется к машине.
– Кем бы она ни была, она того не стоит, – крикнула она вслед Кирби. – Вам нужна
Детектив услышал ее смех, и входная дверь закрылась. Вот тебе и скинул бомбу: рассказал Карен, что ее мать была убийцей, а с нее все как с гуся вода.
Сев в машину, он включил зажигание и уставился на дневник: там были ответы не на все вопросы, да он и не мог использоваться в качестве доказательства, но дневник точно прольет свет на недавнюю трагедию и те события, что произошли более пятидесяти лет назад.
Детектив открыл первую страницу и прочитал имя, написанное синими чернилами. Почерк был мелким и аккуратным:
Глава 52
Глава 52
После того как Конни осмотрели в больнице, ее отвезли домой. В «Четыре паруса» она приехала рано утром. Там ее уже ждали Крот, зажженный камин и кровать с чистым бельем. Мужчина покормил Террора, и тот почти не обратил на нее внимания: теперь он был верен Кроту, новому поставщику еды. Проснувшись на следующее утро, Конни поняла: воспоминания о том, что произошло в «Блэквотер», не потускнели, а, наоборот, стали еще ярче. Во сне она постоянно падала; за ночь она просыпалась не меньше шести раз. А пробудившись, постоянно проживала заново тот момент, когда Колдер пытался столкнуть ее в Темзу. Какими бы ужасными эти сны ни были, по большей части им удавалось вытеснять те, в которых жилистое тело Ллойда придавливало ее к земле. Кое-что еще постоянно всплывало у нее перед глазами, то, о чем она никому не рассказывала, даже Кроту: лицо Колдера, когда Рэймонд наступил ему на руку.