– Два пенса! – наконец выплюнул он.

Это относилось к счетам, и Эрика терпеливо ждала, когда он закончит. Добрячок ненавидел цифры.

– На приличные похороны хватит, – наконец ответил он, дойдя до конца колонки.

– Ты же не завтра собрался помереть. Не одолжишь мне десять фунтов?

Старик перестал слюнить огрызок карандаша, от которого у него на кончике высунутого языка осталось лиловое пятно.

– Вот оно что! – произнес он. – Чего это ты затеяла?

– Пока ничего. Но кое-что на уме есть. А бензин нынче дорогой.

Упоминать про бензин было ошибкой.

– Так это опять для машины! – ревниво заметил Добрячок. Тинни он терпеть не мог. – Если тебе это нужно для машины, спроси у Харта.

– Что ты, у него я не могу! – ответила возмущенно Эрика. – Он же у нас совсем недавно.

Харт был шофером и считался новеньким: он проработал у них всего одиннадцать лет.

Добрячок пристыженно смолк.

– Ничего плохого я не задумала, – заверила его Эрика. – Я взяла бы у отца, но он сегодня ночует у дяди Уильямса. А женщины всегда любопытничают.

Поскольку в данном случае упоминание о женщинах могло относиться только к няне, то тут она выиграла очко, которое потеряла, сказав про бензин: Добрячок няню, как и Тинни, тоже терпеть не мог.

– Десять фунтов – большой кусок от моего гроба, – заметил он, дернув головой.

– Так это ж только до субботы. До субботы тебе гроб не понадобится. У меня есть восемь фунтов в банке, но я не хочу тратить завтрашнее утро на поездку в Вестовер. Мне сейчас время дорого. Если со мной что случится, эти восемь фунтов твои. А еще два отец отдаст.

– А почему пришла именно к Добрячку? – спросил он, не сдаваясь.

Говорил он невозмутимым тоном, и любой на месте Эрики, наверное, пытаясь разжалобить его, сказал бы: «Потому, что ты самый старый мой друг; потому, что с трехлетнего возраста ты всегда выручал меня из всяких передряг и посадил меня впервые на лошадь; потому, что ты умеешь молчать; потому, что, несмотря на всю свою ворчливость, ты действительно Добрячок».

Но вместо этого Эрика сказала:

– Я просто подумала, насколько удобнее, когда деньги хранятся в чайных коробках, а не в государственных банках.