Они прозвучали просто и буднично. Словно брат выскочил на минутку за угол в пиццерию и вернулся с шестнадцатидюймовой «глубокой сковородой», с добавкой пепперони. Или поздно вернулся с работы, высветив фарами подъезд к дому.
Адам вернулся.
Эти слова прозвучали без должного веса, без осознания серьезности того факта, что о брате никто ничего не знал целых десять лет. В худшем случае — погиб, в лучшем — тоже погиб. Клио до сих пор не могла прийти в себя после звонка Элен и оглушающей новости.
Адам вернулся.
* * *
Жила-была семья: отец, мать и шестеро детей. Жили они в живописнейшем уголке Ирландии, в прекрасном доме на холме, и богаче их в округе никого не было. Богаче во всех смыслах этого слова. У них было всё: высокое происхождение, положение в обществе и дружная семья. И всё это пошло прахом.
Клио взяла фотографию, запечатлевшую Латтимеров в более счастливые времена: они всей семьей на пляже. Родители сидят на колючих полосатых полотенцах. Кэтлин улыбается — искренне, от всей души. Улыбка Фрейзера слегка натянутая, но, судя по всему, он тоже наслаждается отдыхом на природе.
Сестры Клио — Кэйт и Элен — прикрывают ладонями глаза от солнца, оторвавшись от своего занятия: они украшали пестрыми ракушками гигантский песочный замок, построенный Адамом.
У Адама радостная улыбка на открытом, простодушном лице. Джеймс, как всегда, погружен в себя, лижет мороженое, растянув свою порцию дольше всех остальных. Райан в последний момент состроил рожу: высунул язык, скосил глаза и засунул в уши пальцы.
А вот и сама Клио на первом плане — пухлый младенец, самая младшая и обожаемая всеми без исключения.
Кто их фотографировал? Она была слишком маленькой и не помнит. Наверное, дядя Дэнни.
Она уложила фотографию в рамке в дорожную сумку и принялась ходить кругами по комнате.
Клио уже много лет не прощалась с неодушевленными предметами. До свидания, кровать. До свидания, альков. До свидания, шкаф. До свидания, лестница. Небольшое обсессивно-компульсивное расстройство на фоне беспорядочной в остальном жизни.
В последний раз она оглядела маленькую квартирку. Крохотная кухонька, на двухкомфо-рочной плите обгорелая снизу сковорода: как-то по пьяни она решила сделать попкорн на нескольких каплях масла… Односпальная кровать: половина досок сломаны. Клио подперла ее снизу ящиками, но кровать все равно жутко скрипела каждый раз, когда ей случалось с кем-то ее делить. Окно с треснувшим стеклом, откуда день и ночь просачивались звуки с Бликер-стрит, напоминая, что, несмотря на свое одиночество, Клио со всех сторон окружена людьми.