– Задержим – спросим, – перебил Виктор.

– И как ты себе это представляешь – в одиночку? Сам же сказал, что я без оружия!

– Пока мы будем ждать подкрепления, Зверев убьет Гущина!

– Гущин жив?

– Не знаю: он сидит на стуле спиной к окну… Мне кажется, Тихон делает с ним то, что раньше сотворил с Гуревичем! Значит, так: стой здесь, а я войду…

– И речи быть не может: одного я тебя не пущу!

– Ты только помешаешь! – рявкнул Логинов.

– Если он тебя грохнет, то я – следующая! Нет, давай-ка разделимся. Ты проникнешь внутрь через веранду – я видела, там есть дверь в дом, – а я отвлеку его, войдя через центральный вход!

– А если он сразу засадит в тебя всю обойму?

– Не засадит. Он с бабой воевать не станет… по крайней мере, не сразу. Кроме того, я же не просто так вломлюсь… Как, кстати, зовут хозяина хаты?

– А что? – нахмурился Логинов.

– Ты просто скажи!

– Ну, Анатолий Карякин.

Лера распрямилась и пошла к входной двери. Прежде чем Виктор успел ее остановить, она громко постучала, и ему ничего не оставалось делать, как следовать ее плану, поэтому он побежал к веранде.

– Толик, открывай! – громко и весело крикнула она. – Нехорошо заставлять девочку мерзнуть снаружи, когда ты сам ее пригласил!

Ответом ей была гробовая тишина.

– Ну Толик! – обиженно прогундела Лера. – Ты обещал шампусик, открывай, я же к тебе из города перлась!

Снова – ноль движения за дверью. Лера подергала за ручку и поняла, что она не заперта.

– А, у тебя открыто! – сказала она. – Ну, я захожу!

Втянув в легкие побольше воздуха, она задержала дыхание, выдохнула и распахнула дверь. В сенях было темно, и она пошла на свет.