– Ты думаешь, это был их жрец? Бык?

– Я почти уверена в этом. Ну, а кто еще? Я тебя все время перебиваю.

– Вот именно. Этот парень, друг Коляна, он все заснял на айфон.

– И где эта запись?

– Он выронил телефон. Но потом, когда очнулся в больнице, он спросил, никто не находил его? Нет, никто! Иначе бы им поверили. А так полиция вновь пришла к заключению, что ребята обкурились и решили поиграть в войну на развалинах. И поубивались, конечно. Он думает, что телефон разбился о кирпичи внизу, и флеш-память где-то там.

– Ничего себе, – покачала головой Юля. – А как он сам не разбился? Как выжил?

– Трагично он выжил. Ему, так сказать, повезло, – Мишка драматично вздохнул: – Он упал на одного из своих товарищей, который сорвался раньше. Тот насмерть, а он выжил. А может, он сам его доломал. При падении.

– Что скорее всего, – подтвердил Паша.

– Да уж, повезло, – согласилась Юля.

– Сейчас весь переломанный, как и Колян, но выжил, – добавил Мишка. – Судьба!

Совсем рядом визжали малыши на детской площадке, мамаши следили за ними. Чуть дальше, на одном из самых крупных шоссе Вольжанска, рычали автобусы и маршрутки, отпуская и забирая толпы горожан, неслись потоки автомобилей, светило солнце. Все было таким естественным, обычным! Но только не для трех друзей.

Юля пробежала пальцами по теплому капоту машины.

– Мальчишки…

– Ну? – Мишка поднял на нее глаза. – Знаю этот взгляд Пчелкиной… Да говори, не стесняйся, тут все свои…

Юля коварно улыбнулась:

– Поедем туда, а? Прямо сейчас.

– Куда? – нахмурился Сомов. – Опять на руины?

– Да. На руины! Мы же на полпути к ним. – У нее даже глаза засверкали. – Через двадцать минут будем там. Паша?

Киселев вздохнул так тяжело, будто на него взвалили большой мешок с картошкой. Она осуждающе взглянула на товарища:

– Не кисни, Павел Александрович…