– А так, ему позвонила из музея его старая подруга Розана Викторовна Шульц, которую и мы имеем честь знать, и сказала, что «три молокососа», это ее слова, кстати, случайно откопали очень странные картинки из архива Мельниковых. Ей самой на этот архив было наплевать, она Репиным занималась, но знала, что Каверзнев сохнет по этой теме. И он прибежал в музей сразу после нас и просмотрел полотна. А поскольку он эту тему знает лучше нашего и, как оказалось, хорошо знает подземелье, – Юля ткнула пальцем в колотые кирпичи, разбросанные повсюду, – он его исследовал, и не раз, то нашел и путь в центр лабиринта. Где по первой версии живет Минотавр, которого мы видели, а по второй – Мельниковы спрятали сокровище во время революции. В этом лабиринте, что под нами, есть фальшарки, заложенные кирпичами, но на картинах Рокотова – это открытые входы, ведущие в другие коридоры, а потом и в центр лабиринта. Понимаете?

– Уже почти, – пробормотал Паша.

– Продолжай, Белоснежка, – попросил Сомов.

– Продолжаю. Все россказни Мельникова про чудовище – его выдумка, плод воображения, тем более что потом Мельников сошел с ума и умер в желтом доме. И едва не свел с ума художника Рокотова, который тоже готов был спятить, судя по рассказам его внука. Так вот, Казимир, эта скотина, жрец и насильник, одевался в Минотавра и бродил по коридорам, отпугивая любопытных. У них был сговор – у Каверзнева, Изабеллы Берковец и атлета Казимира. И теперь они нагрянут в подземелье за сокровищем. Буквально вот-вот. Может, даже с динамитом.

– И как они туда нагрянут? – спросил Мишка. – И главное, через какой вход?

– Да, через какой? – переспросил Паша. – Первый вход, во втором корпусе, закрыт намертво. Второй, в домике управляющего, тоже закрыт. Там решетки. Хотя далеко мы не прошли.

– Минотавр возникал мгновенно, – подсказала Юля.

– Как это мгновенно? – спросил Мишка.

– А так это! Просто возникал на руинах, и все.

– И что?

– Ворочай мозгами, Гном!

– Я догадался, – кивнул Паша. – Должен быть третий ход, именно в том здании, где и появлялся Минотавр.

– Именно! – кивнула Юля.

– А-а! – понял Мишка.

Киселев продолжал:

– Верхний подвал поделен на части, на отсеки, а вот нижний, где сам лабиринт, где мы видели чудовище, он должен быть весь проходным. В этом его суть.

– Правильно, Паша, – сказала Юля. – А теперь главное: Каверзнев упомянул еще один существующий вход, через часовню. Так он сказал.

– Какую еще часовню? – подозрительно спросил Паша.

Юля огляделась. Летний день подходил к концу. Свежело. Так легко дышалось на этом отшибе, вдали от города! В траве звенели кузнечики. Кирпич развалин завода Мельниковых на закатном солнце наливался рдяным цветом.