Несколько дел в городе.

Мягко говоря.

Во всяком случае одно.

Ванья встретилась с остальными в конференц-зале. Еще снаружи она увидела, что Торкель выглядит необычайно раздраженным — он расхаживал по комнате со сжатыми кулаками. Не будь Ванья по-прежнему в плохом настроении, ей бы наверняка показалось комичным то, как он описывает круги вокруг стола, за которым сидят Себастиан и Билли. Ванья толкнула дверь и вошла. При ее появлении Себастиан умолк. Она отвела глаза, чтобы не встретиться с ним взглядом.

Ее злость не поддавалась логике. Ведь всему виной была болтливость Вальдемара. Это он испортил вечер, пригласив Себастиана и снабдив его козырем против нее. Придал ему важности и сильно преувеличил его значение. Все это проделал Вальдемар. Но Себастиан собирается по максимуму воспользоваться обретенными знаниями, это она чувствовала.

Нет, знала.

И ненавидела.

Ванья встала возле двери, скрестив руки на груди. Торкель посмотрел на нее. Она выглядит усталой. Черт побери, они все устали. Измотались. Раскапризничались. Больше обычного. Может, не стоит приписывать все эффекту появления Себастиана? Ведь у них необычайно трудное расследование.

Торкель кивком велел Себастиану продолжать.

— Я только что сказал, что если он двигался задним ходом, потому что знал о наличии там камеры, то он не только рационален и предусмотрителен. Тогда, значит, он ведет с нами дьявольскую игру, и надо рассчитывать на то, что даже если мы найдем машину, это нам едва ли что-нибудь даст.

Ванья невольно кивнула. Это похоже на правду.

— Совсем не обязательно, — откликнулся Билли. — Я про то, что он знал о камере. Она перекрывает только тот конец улицы, который завершается тупиком. Он мог приехать отсюда… — Билли встал, подошел к висящей на стене карте и приставил к ней кончик ручки, чтобы продемонстрировать возможный сценарий, одновременно завершая предложение, — и сдать назад, не разворачивая машины.

Торкель прекратил ходить, посмотрел на Билли и на карту:

— Значит, если предположить, что он не знал о наличии камеры, то, сдай он назад на два метра дальше, мы бы видели, кто он?

— Да.

Торкель, казалось, не верил своим ушам. Два метра! Неужели они в двух метрах от раскрытия этого проклятого дела?

— Почему нам, черт подери, так не везет?!

Билли пожал плечами. За последнее время он уже начал привыкать к плохому настроению Торкеля. Если бы он натворил или упустил что-нибудь сам, то, наверное, реагировал бы по-другому, но дело было не в нем. В этом он не сомневался. Более вероятно, что это как-то связано с Урсулой. А та как раз распахнула дверь и вошла с чашкой кофе и пластиковым пакетом в руках.