Урсула протянула Себастиану пару белых, с синеватым отливом латексных перчаток и вошла в комнату первой. Помещение напомнило Себастиану одну из образцовых комнат для допросов, которые он видел, когда вместе с Лили посещал Музей Штази в бывшей ГДР. Внешне все красиво и цивилизованно, но стены вибрируют от тайн и событий, которые, как предполагалось, никогда не выйдут наружу. Противоречие в запахе, которое они с Урсулой ощутили, едва войдя внутрь, только подкрепило это чувство: свежий лимон и сухая спертость воздуха.

Они приступили к осторожному обследованию. Себастиан взялся за начищенные до блеска шкафчики, Урсула — за письменный стол. Буквально через несколько минут Себастиан сделал первую находку позади папок одного из шкафчиков. Он показал Урсуле пачку DVD-дисков с яркими фотографиями.

Урсула сухо усмехнулась.

Себастиан отложил диски и продолжил обыскивать шкаф.

— Посмотри-ка.

Урсула подошла к нему и заглянула в шкафчик. Сзади за папками лежала коробка от мобильного телефона «Самсунг», на первый взгляд совсем новая. Урсула потянулась за коробкой.

Обыск в квартире Лены Эрикссон подтвердил версию, которую разрабатывали Торкель с Ваньей. Грот по какой-то причине оказался дома у Лены. Они поругались. Глубокие раны на затылке Лены указывали на то, что ее толкнули или она сама упала и так сильно ударилась об острый край кухонного стола, что скончалась от полученных ран. Не удалось обнаружить ничего, опровергавшего версию того, что Рагнар Грот покончил с собой. На письменном столе Рогера Ванья даже нашла коротенькое прощальное письмо, написанное на вырванном линованном листе А4.

Синей шариковой ручкой было написано: «Простите меня».

После того как Урсула провела предварительное обследование квартиры и уехала с Себастианом в гимназию, дальнейшую работу организовывал Торкель. Главной проблемой стало не допустить излишней беготни по квартире, чтобы не повредить улики. Складывалось впечатление, что сюда по какой-то причине норовила заехать вся полиция Вестероса, и Торкелю пришлось спешно поставить при входе на лестницу мощного полицейского, который следил за тем, чтобы внутрь заходили только те, кому следовало.

Первым делом они сконцентрировались на телах. Сфотографировали их во всех мыслимых ракурсах, чтобы как можно скорее отправить на вскрытие. Ванья нашла в Лениной сумочке ее мобильный телефон, который дал дополнительные сведения о развитии событий, приведших к трагедии.

Два часа спустя после того, как Лена покинула отделение полиции, где ей показали снимки темно-синего «Вольво» S-60, она позвонила по телефону. Разговор длился всего двадцать пять секунд. Позвонила мужчине, висевшему в спальне ее сына и имевшему доступ к темно-синему «Вольво» S-60. Все говорило о том, что Лена узнала машину, но по какой-то причине предпочла им об этом не сообщать.