Когда-то это занимало все его мысли, составляло главную цель его жизни, и сейчас он понимал, насколько ему этого недоставало. В последние дни он вновь ощутил привкус знакомого чувства, хотя, по правде говоря, работал даже не вполсилы. В концентрации заключалось нечто особенное. На секунду Себастиан почти забыл о своем горе и вечной боли. Он остановился, обдумывая эту мысль. Неужели возможно вернуться обратно?

Обрести движущую силу.

Одержимость.

Сменить фокус.

Разумеется нет. Кого он, собственно, пытается обмануть? Как прежде никогда уже не будет.

Никогда.

Об этом позаботятся его сны.

Себастиан открыл застекленную входную дверь дома Лены Эрикссон. В Стокгольме обязательно бы имелся кодовый замок, а тут просто открывай дверь и заходи. Он не помнил, на каком этаже живет Лена. Табличка при входе извещала, что на третьем. Себастиан стал подниматься пешком, эхо от его тяжелой поступи разносилось по лестничной клетке с белесо-бежевыми стенами. На площадке третьего этажа он остановился. Странно. Дверь в квартиру Лены Эрикссон была приоткрыта. Себастиан подошел, позвонил в звонок и, осторожно надавив на дверь ногой, прокричал:

— Есть кто-нибудь?

Ответа не последовало. Дверь медленно открылась, и перед Себастианом оказалась маленькая прихожая. На полу какая-то обувь, коричневый комод с пачкой небрежно брошенных рекламных листков.

— Есть кто дома?

Себастиан вошел. Слева дверь, ведущая в туалет. Прямо — обставленная мебелью из магазина «ИКЕА» гостиная. Воздух спертый, сильно накурено. Жалюзи опущены, отчего квартира казалась темной, особенно при полностью выключенном свете.

Себастиан зашел в гостиную и увидел, что на полу валяется стул и какая-то битая посуда. Он остановился с ощущением нарастающего беспокойства. Здесь что-то случилось. Тишина в квартире внезапно сделалась предвестницей беды. Себастиан быстро прошел дальше, в помещение, очевидно, представляющее собой кухню, и тут он увидел Лену. Она лежала на линолеуме необутая, ступни обращены в его сторону. Одна нога переброшена через другую. Кухонный стол перевернут, лежит на боку. Себастиан подбежал и склонился над Леной. Ему стала видна вытекшая из ее затылка кровь. Волосы у Лены совершенно слиплись, а кровь образовала под головой круглую сверкающую лужицу, словно глорию смерти. Он принялся искать на белой шее признаки пульса, но вскоре понял, что холод, который ощущали кончики его пальцев, мог означать только одно: он опоздал. Себастиан снова выпрямился и достал мобильный телефон. Только он собрался позвонить Торкелю, как телефон у него в руке зажужжал. Номер на дисплее Себастиан не узнал, но поспешно ответил взволнованным голосом: