— Ты была права.

42

42

Стуршерсгатан, 12.

Все-таки он тут оказался. Перед большим функционалистским домом. В архитектуре Себастиан совершенно не разбирался и отнюдь к этому не стремился, но знал, что дома к западу от района Йердет построены в стиле функционализма.

Он знал, что в этом доме живет Анна Эрикссон. Мать его ребенка.

Хотелось бы надеяться.

Или?

Себастиан вернулся в Стокгольм почти неделю назад. Он ежедневно ходил мимо дома двенадцать по Стуршерсгатан. Иногда по нескольку раз в день. Однако внутри он пока еще не был. Максимум, на что он решился, это подойти и заглянуть через окно в парадную, чтобы увидеть на внутренней стене табличку с именами жильцов. Анна Эрикссон жила на третьем этаже.

Зайти?

Или нет?

Этот вопрос мучил Себастиана с самого приезда. В Вестеросе вопрос казался более абстрактным. Игрой мысли. Себастиан мог взвешивать за и против. Принимать решение. Передумывать. Снова передумывать. Без последствий.

Теперь же он был на месте. Принятое решение могло стать бесповоротным.

Развернуться и уйти. Или нет.

Объявиться. Или нет.

Он менял решение. Иногда несколько раз в день. Аргументы оставались теми же, что он приводил себе в Вестеросе. Не возникало никаких новых мыслей, никаких новых соображений. Он проклинал собственную нерешительность.

Иногда он прогуливался в район Йердет в полном убеждении, что сразу зайдет в дом, поднимется по лестнице и позвонит в дверь. Тогда случалось, что он даже не заворачивал на Стуршерсгатан.

В другие разы, когда у него и в мыслях не было объявляться, он мог вдруг оказаться перед темной деревянной входной дверью и стоять там часами. Им словно бы управлял кто-то другой. Как будто у него вообще не было права голоса в данном вопросе. Однако на лестницу он не заходил ни разу. Пока.

Но сегодня зайдет. Он это чувствовал. Ему удалось все время держать правильный курс. Он вышел из своей квартиры на Грев-Магнигатан и двинулся по Стургатан. Свернул направо к улице Нарвавеген, дошел до площади Карлаплан, миновал торговый центр «Фельтёверстен», пересек Вальхаллавеген и оказался на месте. Прогулка заняла менее четверти часа. Если Анна Эрикссон жила здесь и тогда, когда ребенок был маленьким, они, возможно, встречались в «Фельтёверстен». Его ребенок вместе с матерью, возможно, стоял перед ним в очереди к мясному прилавку. Эти мысли занимали Себастиана, пока он стоял на улице, глядя на дом двенадцать по Стуршерсгатан.

Начинало смеркаться. День выдался прекрасный, почти по-летнему теплый.