– Нардо! – закричала Рики. – Тут, мать твою, сидит маршал Соединенных Штатов и слышит каждое твое слово!
– Как же мне наскучил этот чертов глупый городишко. Сорок лет прошло, а все продолжают ныть:
Стилтон вскочил так быстро, что опрокинул стул. Он наконец достал оружие. Направил револьвер прямо в грудь Нардо. Взвел курок большим пальцем.
– Все кончено, ублюдок. Они знают про шантаж.
– Стар! – Андреа тщетно пыталась привлечь ее внимание. Она находилась прямо на линии огня. Ее спина была мишенью. – Стар, уйди!
– Шантаж? – Нардо, казалось, это ничуть не тревожило. – Прошло двадцать лет с тех пор, как ты отмазал меня за то пьяное вождение. Ты и сам попадешь в неприятности.
Стилтон рассмеялся.
– Да я не про себя, тупой ублюдок. Судья. Она все им рассказала.
На это у Нардо не нашлось быстрого ответа.
Рики отреагировала вместо него.
– О чем ты говоришь?
Рики снова взялась за нож. Стар все еще была на линии огня. Андреа почувствовала, как сердце затрепетало у нее в груди. Стар не двигалась. Рики была непредсказуема. Стилтон едва мог держать револьвер. Нардо был в секунде от того, чтобы схватить оружие, которым может убить их всех.
– Сыр, – сказал Нардо, – ты должен хорошенько подумать о том, что ты собираешься делать. Подумай о том, что я знаю.
– Расскажи об этом маршалам. Мне уже плевать. – Голос Стилтона снова сорвался. Он заплакал. – Слышал, мне только что звонили? Это была старшая уполномоченная Службы маршалов. Они уже надели на Векслера наручники и бросили в каталажку. Прямо сейчас они едут за твоей жалкой задницей. В следующий раз ты увидишь небо только в клеточку.
Стар наконец пошевелилась, но только для того, чтобы повернуться к Стилтону:
– Дин в порядке?
– Никто не в порядке. – Стилтон подошел к Нардо. По его лицу текли слезы. Ему пришлось взяться за револьвер обеими руками, чтобы удержать его. – Сорок лет назад я пообещал Эмили, что найду урода, который изнасиловал ее. Сорок лет это обещание преследовало меня, вонючий ты кусок дерьма. Сорок чертовых лет, и я взял тебя. Наконец-то я взял тебя.
Ухмылка Нардо вернулась.
– Иди на хер.