– Наш преступник, без сомнений, – сказал Мунк, доставая из кармана пачку сигарет.

– Сто процентов?

– Все в точности так же. В хижине порножурналы. Мальчикам они, кажется, не понравились – они сожгли их на костре, но на стене остатки скотча.

– Боже мой, – пробормотал Риис. – И лимонад?

Мунк кивнул.

– Четыре или пять бутылок. Две на лестнице – вчера вечером же было тепло, да?

– В Осло да, но здесь? Не знаю.

– Думаю, здесь также, потому что они сидели на улице. Нежились на солнце. Может, там и уснули. Видимо, он увез их оттуда ночью. Ты ведь видел следы квадроцикла около сгоревший машины?

– О да, я их наизусть знаю.

– Хорошо, там есть узкая лесная тропинка, недалеко от той хижины. Скорее всего, он увез их той дорогой. Там, конечно, сухо, я следов не увидел, но ты сходи проверь.

– Пойду посмотрю, – сказал Риис и исчез в лесу.

Закурив. Мунк подошел к главному входу в дом.

Тот самый старик, о котором все говорили.

На маленькой табличке у двери фамилия Веннберг.

Веннберг

«W»?

Мунк заглянул в окно, но ничего особенно видно не было.

Его одернул грубый голос сзади.

– Извините, чем это вы тут занимаетесь?

Пожилой мужчина. Седеющие волосы. Темные искоса смотрящие на Мунка глаза. Подвернутые рукава рубашки, татуировки на руках. На поводке овчарка, явно не любившая чужих, как и хозяин.