Фан Му нахмурился.

– Правильно ли я понимаю, что вы искусственно создавали стрессовые ситуации в жизни подопытных?

– Правильно. – Это слово далось учителю Чжоу с трудом. – Так я мог заставить подопытных думать и действовать, как мне было нужно. Иными словами, жить той жизнью, которую я избрал для них.

Взгляд Фан Му был направлен на дощатый пол. Внезапно он поднял глаза и посмотрел старику в лицо. Учитель Чжоу сидел, привалившись к стене, подбородок его упирался в тощую грудь, и выглядел он как ребенок, пойманный за серьезным проступком. «Кто бы мог подумать, – изумился Фан Му, – что в сердце этого человека таились злые намерения!»

– И что случилось потом?

– В первой группе подопытных было пять человек. Кроме ребенка, ставшего свидетелем сексуального акта, ни у кого из них не возникло никаких устойчивых долгосрочных эмоциональных реакций, поэтому десять лет спустя я набрал вторую группу. К тому времени я стал гораздо более уверенным и планировал длительный эксперимент сроком на двадцать, а то и двадцать пять лет. Удайся он, и я достиг бы величайшего успеха, а весь научный мир завидовал бы мне. Скиннер доказал, как положительное подкрепление формирует хорошее поведение, а я собирался доказать, как эффективное наказание формирует мысли и поступки человека. Но ровно два года спустя произошло непредвиденное…

– Что именно? – воскликнул Фан Му.

Учитель Чжоу испустил долгий вздох и оперся затылком о спинку кровати.

– Я читал отчет интерна, который наблюдал за одним из подопытных, и понял, что у того развилась крайне странная эмоциональная реакция, гораздо более глубокая, чем я мог предположить. За этого подопытного отвечал мой ассистент, и я обратился к нему с вопросом. Сначала он не хотел отвечать, но я настаивал, и он признался, что с одним из волонтеров возникла проблема – он вышел за рамки эксперимента и изнасиловал девушку…

– Шен Сянь? – ахнул Фан Му.

– Да. – Слеза скатилась по бледной щеке учителя Чжоу. – Новость потрясла меня до глубины души. Весь день я просидел у себя в кабинете. Я начал сомневаться, что мои изыскания являлись подлинным научным экспериментом, и впервые задумался о том, чтобы закрыть проект. Но то, что случилось дальше, перевернуло всю мою жизнь.

– И что произошло?

Учитель Чжоу, прислонясь к изголовью кровати, заплакал, содрогаясь всем телом. Фан Му смотрел на плачущего старика и не мог понять, что чувствует к нему – сострадание или гнев.

Постепенно рыдания затихли. Учитель Чжоу вытер глаза рукавом и сказал дрожащим голосом:

– Один из детей, наших подопытных, не справился со страхом, который мы в нем поселили, и покончил с собой. Его звали Вейвей.