При мысли о муже у меня слегка екнуло в животе. Пришлось себе напомнить, что скучаю я не по нынешнему Тому, а по Тому прежнему. По мужчине, который много лет назад влюбился в прежнюю меня после урока рисования.

– Посмотри в окно, мам. – Фредди подтолкнул меня локтем. Я ахнула. Прямо рядом с нами было море. Голос моего сына звучал восторженно, совсем как в раннем детстве, когда он говорил, что ему нравится вкус дождя.

Мы уезжали все дальше и дальше. Береговая линия уступала место холмам, а затем дорога снова сбегала к морю.

Названия некоторых станций я никогда не слышала и не знала, как они читаются. В какой-то момент поезд спустился в долину, которую окружали мили и мили полей. Такие места никто не посещает. Вот что называется быть вдали от проторенных путей.

Мои ноги сами зашевелились.

– Возьми свою сумку, – велела я Фредди. – Наша станция.

– Но я думал, мы едем в Труро.

– Я передумала, – торопливо объяснила я и взяла Джаспера за поводок. – Это наш пункт назначения.

Чуть было не сказала «судьба».

Мы вышли. И оказались единственными на перроне. Поезд отъехал. Ветер пронизывал насквозь, и мы оба задрожали.

– Что теперь делать, мам?

– Пойдем пешком.

Никто не проверял наши билеты. Не было никаких автоматических турникетов, как в Лондоне. Я оказалась права, здесь затеряться гораздо легче.

Над головой пронеслась чайка. Нам едва не пришлось пригнуться. За полями поблескивало море. Дикие голубые цветы украшали живые изгороди. Мы словно прошли сквозь дверь и попали в другую страну.

– Я голодный, – сказал Фредди, резко возвращая меня в настоящее.

– Ты съел бутерброд в поезде.

– Это было несколько часов назад. Джаспер тоже проголодался.

Я хотела еще раз спросить его о том, что произошло прошлой ночью. Но, возможно, сын был прав. Так я могла бы честно сказать полиции, когда нас найдут, что ничего не знала.

А еще мне предстояло убедить себя, что мой Фредди ничего такого не желал. Расскажи он правду, я, возможно, не смогла бы это сделать. Поэтому решила хранить молчание.

Городок был пустынным. Переулки – узкими и извилистыми. Изгороди – такими высокими, что казалось, будто находишься в туннеле. «Лендровер», выезжавший из-за поворота, засигналил и едва разминулся с нами.